Следователь усмехнулся. Морщины в уголках глаз дернулись и стали глубже.

― Тамар Храд, ― представился мужчина, но говорить о деле не спешил. ― Кофе?

― Чёрный, средней крепости.

Собеседник кивнул, удалил указательным пальцем по столешнице. Через секунду появилась голограмма той же девушки, которая встречала меня на входе.

― Кофе, ― коротко отдал распоряжение следователь.

Голограмма исчезла. Мужчина внимательно посмотрел на меня, а потом ещё раз ударил пальцами по столу, и на гладкой поверхности появилась цветная картинка.

― Что вы можете сказать об этой вещи?

Передо мной появилось изображение женского украшения, похожего на серьгу. Увеличила изображение, внимательно рассмотрела форму, рисунок, качество изделия. Покрутила картинку, несколько раз сменила ракурс. Следователь внимательно наблюдал за мной, чем дико нервировал. Сохранять спокойствие становилось все сложнее.

— Что это византийская подвеска. Точнее, копия византийской женской подвески, сделанная в двадцать первом веке.

— Уверены?

— Да. И оценку подобных вещей может сделать бот “Искусствовед”. Для этого не нужно было вызывать меня.

— А что вы скажете про эти вещи?

На столешнице появилась следующее изображение. В этот раз предметов было пять. И все они принадлежали разным культурам, эпохам, людям. Единственное, что их объединяло, это принадлежность к женскому гардеробу.

― Вам описать каждый предмет?

― Кратко, если можно.

― Китайская шпилька, – увеличила первый предмет. – Вырезана из дерева. судя по материалу, рисунку и тонкости работы, принадлежит к концу одиннадцатого столетия. Брошь, сделана из пластики. Пытались имитировать кость. Оправа металлическая. Где-то середина двадцать первого века. Регион происхождения назвать сложно. В моде были во многих странах. Янтарные бусы. Не могу определить эпоху и возраст по фотографии. Качество камня исключительное. Часы. Тоже женские, кварцевые. Двадцатый век. Испания. Золотая серьга с фианитом…

― Вы слышали о серии убийств, этой весной?

Оторвала взгляд от картинки. Весной и вправду в городе произошло несколько громких преступлений. В течение двух месяцев в собственных домах были найдены шесть женщин. Управление, насколько помню, всеми силами пыталось предотвратить утечку информации в СМИ, но благодаря родственникам погибших, которые жаждали мести и справедливости, некоторая информация всё же поступала в новостные ленты.

― Женщины, убитые в собственных домах?

Хард кивнул.

— В новостях утверждали, что убийцу поймали.

— Так и есть.

― Это вещи его жертв?

― Трофеи.

― Прекрасно. Теперь объясните, зачем я здесь сижу?

― Подозреваемый утверждает, что убил только пятерых.

― Вряд ли он врет. Наказание от уменьшения количества жертв не изменится. Но я всё равно не понимаю, зачем здесь сижу.

— Нам нужно узнать, кто из жертв не его.

— Спросите у подозреваемого. Я не экстрасенс. С призраками общаться не умею.

— Он молчит. Это дело принципа.

— Значит, найдите нестыковки в делах. Если имеете дело с подражателем, будут нестыковки.

— Вы учите меня работать?

— Раздаю бесплатные советы.

Чем дольше длился разговор, тем больше хотелось наорать на этого бесцветного за то, что так бесстыдно ворует моё время.

― Даже если нестыковки и есть, мы их не видим. Почерк идентичный, – не скрывая раздражения начал объяснять собеседник. – Знакомился с жертвой в чатах антикварных аукционов, заводил романтические отношения, убивал в течение недели, после первого секса, так как чувствовал себя опороченным.

Внимательно выслушала следователя, мысленно порадовалась, что меня всего лишь выставили за дверь, а не попытались убить. Уже могла считать себя счастливчиком.

— И вы решили, что нестыковка может находиться в украшениях?

— Вы третий эксперт, к которому мы обращаемся. Интеллектуальные модели не смогли найти закономерность в этих предметах.

— Надеетесь, что живой человек справиться лучше цифровой модели с этой задачей?

— Пока наши эксперты сошлись во мнении, что подозреваемый врёт, в надежде затянуть следствие.

Сделала глубокий вдох. Снова посмотрела на фотографии. Смотрела чуть дольше, чтобы следователю не показалось, что дала ответ слишком быстро. Потом спросила:

― Он знакомился с жертвами на аукцион “НАТРА”?

― Откуда вы знаете? – брови следователя поднялись от удивления. ― В открытом доступе этой информации точно не было.

― Проверьте хозяйку деревянной шпильки. “НАТРА” не допускает размещение лотов из Китая.

— Так просто?

В голосе следователя прозвучало неподдельное удивление.

— А вы что-то другое ожидали?

Мужчина смотрел на меня с таким выражением лица, как будто я только что, прямо при нем расчленила котёнка.

― Если это все, то я бы хотела завершить нашу встречу. У меня сегодня еще много дел.