Она взяла, и она дала это понять всему миру, но какой ценой? Оказавшись в этой яме с волками? Застряв в порочном круге насилия и наркотиков?

Моя грудь сжимается от этой мысли, и меня накрывает чувство вины. Потому что я рад, что она через все это прошла. Без этого она никогда бы не оказалась здесь со мной. И я тоже никогда ее не отпущу.

Между нами воцарилась долгая пауза, пока мы идем по тропе. Воздух свеж и щиплет легкие. Мы доходим до края владений, к старому покосившемуся столбу забора, торчащему из земли. Именно здесь я сегодня вечером должен встретиться с Ридом. Я передам ему форму, идентичную нашей, чтобы он мог попасть в здание. Он будет извлекать трекеры у Дэмиана и Призрака в туалете на нижнем уровне.

Рид специально предупредил меня, что это должно быть сегодня, потому что Нолан и Эрик будут присутствовать на брифинге в бункере, который сейчас занимает Риот. Сама мысль о том, что они так близко к нам, заставляет меня дрожать.

Что я действительно хочу знать, так это откуда у Рида вся эта информация. У него есть свой шпион внутри, как у Мавестeлли был Брайс? Но кто? — размышляю я.

Для меня до сих пор загадка, какова конечная цель Рида. У него уже есть таблетки. Его интересует черный шприц, но что на самом деле им движет? Что он получит от предательства Мавестeлли? Судя по тому, что рассказывала Эмери, он был практически частью их семьи больше десяти лет. Должно быть, он метит на место Грега в семье. Это единственное, что имеет смысл.

Не знаю, глупость ли заставляет меня спросить, или я просто устал чувствовать себя в неведении обо всем, но я бросаю взгляд на лейтенанта и бормочу:

— Как там Мика?

Зрачки Эрика расширяются, плечи напрягаются, прежде чем он заставляет черты лица расслабиться, выдыхая дым, бросает сигарету и тушит ее ногой. Мой взгляд задерживается на его армейском ботинке, вдавленном в землю.

Действие кажется немного нарочитым, но, возможно, я просто придаю ему слишком много значения.

— Она уже работает над следующим заданием, — его голос дрожит.

Он лжет. Мне приходится сглотнуть боль, которая превращает меня в пустую оболочку.

— Замечательно слышать, — гладко отвечаю я, не отводя глаз от горизонта. Я чувствую, как его взгляд изучает меня в поисках скрытых мотивов. — Ты хотел просто прогуляться, сэр? — настаиваю я, выясняя причину, по которой он вызвал меня сюда.

Он усмехается.

— Ты всегда сразу переходишь к делу, Кэмерон. Тебе нужно научиться вести простую беседу, прежде чем переходить к рабочим вопросам.

Я не проявляю эмоций.

— Все вокруг — рабочие вопросы, сэр.

Он улавливает мое скверное настроение и переходит к сути.

— Генерал Нолан здесь. — Я замираю на месте, смотря на Эрика так, будто он собирается пустить мне пулю в лоб. — Он хочет поговорить с тобой. Наедине. — Он не смотрит на меня, когда говорит это.

Я прочищаю горло.

— Сэр, в прошлый раз, когда я остался наедине с Ноланом, он сделал мне укол, от которого я, черт возьми, тронулся умом. С уважением прошу, чтобы на встрече присутствовал либо ты, либо Эмери.

Мы продолжаем идти, а Эрик качает головой.

— Это не в моей власти, ты же знаешь. — Он звучит удрученно, словно знает, что должно случиться что-то плохое.

— Ты знаешь, о чем речь? — спрашиваю я, замедляя шаг.

Он оглядывается на меня через плечо.

— Нет. У тебя пятнадцать минут, так что советую переодеться и встретиться с ним наверху в ангаре. — Мои глаза поднимаются выше головы Эрика, когда он говорит последнее, и фокусируются на окнах, отражающих солнце и скрывающих дьявола внутри.

Я надеваю один из стандартных кителей, которые используют здешние охранники для совещаний в командном центре. Он темно-синий, с золотой нитью. Отутюженный острый воротник. Он очень невзрачный по сравнению с черными, которые у нас есть на домашней базе. Странно, что мне хочется вернуться туда, но думаю, вряд ли я когда-нибудь увижу главную базу или Подземелье снова. Честно говоря, пока у меня есть Эмери, меня это более чем устраивает.

Этот авиационный ангар уникален тем, что он двухэтажный и имеет подвал. Строитель проявил дальновидность, использовав смесь кирпича и стали, чтобы эта крепость выдерживала суровые здешние ветра. Металлические панели, из которых состоят стены, гремят, когда я поднимаюсь по оцинкованной железной лестнице на второй этаж.

Этот этаж почти такой же пустой, как тот, на котором мы живем. Одна большая комната, тянущаяся на всю длину ангара. Потолок куполообразный, с несколькими застекленными окнами, равномерно расположенными до самого конца, пропускающими много света. Из него вышла бы чертовски хорошая студия, — размышляю я.

В центре комнаты стоит старый деревянный стол. Два стула при нем. Кроме них, есть только генерал Нолан, стоящий у третьего окна с крепко сцепленными за спиной руками.