Он смотрит на меня сверху вниз, словно не знает меня. Эти глаза цвета шалфея никогда не были такими ужасающими, как сейчас. Узнает ли он, что сталось со мной от его же руки? Назовет ли он мое имя или забудет его?

— Кэм, — умоляю я и пытаюсь протянуть руку к его лицу. Он отшвыривает ее и заносит запасной нож. Его блеск возвращает меня к каждому моменту, который я ценила в жизни. Большинство из этих моментов были с ним. Он забрал мою тьму. Каждое нежное прикосновение наших губ, каждый шепот, которым мы делились, и каждый украденный взгляд.

Кэмерон опускает клинок и целится мне в сердце. Я преграждаю путь его руке своей, от силы у меня дрожат конечности. Острие лезвия прорывает куртку и вонзается в мою плоть.

Твой нож жаждал моего сердца, как ты и обещал.

— Кэмерон, поговори со мной. Эй, Кэм, — шепчу я сквозь стиснутые зубы. Он смотрит на мое лицо, очерчивая его линии взглядом, как всегда делает.

Я сглатываю, прежде чем изо всех сил толкнуть его вверх и выбить нож из его руки. Он отлетает налево. Я использую краткий миг, когда его глаза следят за ножом, и бью его локтем в лицо.

Он падает набок, а я на четвереньках, пытаюсь отползти от него. Кровь струится из моей груди и окрашивает снег. Кэмерон хватает меня за лодыжку, прежде чем я успеваю встать, и снова заползает сверху.

Я борюсь как дикое животное. Бьюсь и ругаюсь, кричу и царапаюсь, пытаясь увернуться от него. Но Кэмерон — именно тот, кем они его называли.

Мори.

Я вскрикиваю, когда он безжалостно переворачивает меня на спину и прижимает к земле, схватив за горло. Он поднимает руку, сжимая в ладони камень размером с кулак.

Еще раз я тихо хныкаю, когда он заносит руку на мою голову. Я позволяю себе утонуть в его зеленом взгляде и делаю последний вдох, вдыхая его березовый запах, прежде чем закрыть глаза.

— Кэмерон, пожалуйста, очнись.

Удар.

Глава 34

Глава 34

Кэмерон

— Кэмерон, пожалуйста, очнись.

Я моргаю и хватаюсь за голову, пока Эмери говорит со мной ласково.

Почему мне холодно и я весь в поту? Я пытаюсь сфокусировать зрение, сначала все расплывчато, а потом я вижу лес вокруг себя. Какого чёрта? Я опускаю взгляд, и всё моё тело цепенеет.

— Эм?

Её голова лежит на боку, на левом виске — кровавое пятно. Кровь сочится из её груди и окрашивает снег. Она выглядит так бледно. Слёзы разбрызганы по её щекам. Её розовые косы испещрены красными точками, и она вся в ссадинах, будто побывала в жестокой драке. Грудь сковывает тяжесть, и мои глаза расширяются от ужаса.

Что случилось? Кто, чёрт возьми, это сделал?

Моя правая рука кажется тяжёлой.

Но не такой тяжёлой, как моё сердце.

Я нерешительно опускаю взгляд на свою руку и вижу камень, одна сторона которого в крови. В её крови. Меня охватывает тошнотворная волна дурноты, от которой дрожат ноги и напрягаются плечи.

Нет. Это не по-настоящему. Я закрываю глаза и через мгновение вновь открываю их.

Она по-прежнему лежит неподвижно подо мной.

— Нет. Нет, я-я бы никогда, — я заикаюсь, слёзы наворачиваются на глаза, пока я отчаянно тянусь к её лицу. Я останавливаюсь, не коснувшись её. — Нет, нет, нет, нет, нет! — я кричу, ударяя себя тем же камнем по виску, пока по моей челюсти не стекает горячая жидкость. Зачем я это сделал? Ты — порочное существо. Тебя нужно очистить. В голове кружатся знакомые слова. — Эмери. Эм, прошу, — я рыдаю, мой голос хриплый и надломленный. Я бросаю камень, осознав, что всё ещё сижу на её торсе.

Я быстро слезаю с неё и бережно поднимаю её, укладывая к себе на колени. Кровь течёт у меня из головы и капает на её шею. Зрение моего травмированного глаза заволакивает красным, и по щеке разливается тепло, столь же жаркое, как мои слёзы.

Я колеблюсь, прежде чем проверить её пульс, но всё же заставляю свои пальцы прижаться к нежной коже на её горле. Слабый трепет её артерии достаточен, чтобы добить то, что во мне осталось.

Я рушусь как солдат. Плечи сгорблены, я прижимаю её к своей груди так сильно, как только могу. Я бережно качаю её на руках и осыпаю её голову полными раскаяния поцелуями.

Она жива, но это я сделал… Я почти убил её.

Я чёртов монстр. Во мне не осталось ничего хорошего.

Ничего.

— Мне так чертовски жаль, Эм. Я так виноват. — Мой голос дрожит с каждым вздохом. Её дыхание поверхностно; тихий стон в её груди вызывает во мне панику. Ей нужна медицинская помощь.

Почти как на автомате, я несу её обратно в бункер. Шепчу разбитые, полные горя слова, которые мне следовало сказать ей давным-давно. Кажется, я люблю тебя. Почему я не сказал ей? Она мне нужна.