Глава 1

— Леди… Госпожа… Прошу, очнитесь!

Чей-то женский и очень громкий голос врезался в сознание, нагло вытаскивая меня из сладкой дремы.

Я поморщилась. Чего орать-то так? Подумаешь, уснула, в первый раз, что ли? Мне как-никак восемьдесят пять, имею право хоть весь день спать. Тем более после операции с наркозом.

Правда, леди да госпожой меня ещё не называли.

— Леди Ильмира, очнитесь! Прошу, пожалуйста, очнитесь же! Вы… Вы не можете умереть!

Вот ещё, ишь чего удумали. Пусть здоровье уже не то, да и упала на днях неудачно, колено повредила, но помирать я не собиралась. И чего, кстати, имя-то моё так коверкать? Ирка я, Ирина Андреевна Дымова. Так при поступлении в больницу и записали. Правда, почерк у врача, что принимала меня, был такой себе. Наверное, написала, как курица лапой, вот бедные медсестры прочитать и не могут.

А затем кто-то начал меня трясти.

— Леди… Леди, вы живы?

Ну нет, это уже ни в какие ворота не лезет.

— Да жива я, чего орёшь, окаянная? — проворчала я, открыла глаза, несколько раз моргнула и… вновь закрыла. Не больничка вокруг меня была, ох не она. Ни много ни мало, в графских или каких-то таких покоях я оказалась.

Да уж, чего только после наркоза не привидится.

Видимо, сон никак не хотел меня отпускать, да ещё и книжка любовная с драконами крылатыми впечатление неизгладимое произвела. Надо было тому доктору мне её принести, да ещё и настырно советовать прочитать. Вот теперь всякие комнаты богатые и мерещатся.

Интересно, а шикарные мужчины к этому видению прилагаются?

— Госпожа! О боги! Вы проснулись! — вновь запричитал голос, так что пришлось всё же открыть глаза.

— Проснулась, конечно, поспать уже не дают, — проворчала я, глядя на нарушительницу спокойствия.

Надо мной склонилась девица лет так тридцати пяти от роду. Худая, в тёмном форменном платье, тёмными волосами под странным старинным чепцом и с опухшим носом. От слёз, видимо.

На медсестру Ленку, что каждый день приходила ко мне, не похожа. Новенькая? Ну точно, а вместо халата мне старинное одеяние видится.

Эх, не верила я, что наркоз так сильно на сознание влиять может, что чудища всякие мерещиться начинают. Мне, слава богу, повезло на галлюцинацию, плаксивая девица определённо лучше чудищ.

— Ох, как же вы меня напугали, леди Ильмира, — продолжила причитать она, помогая мне сесть и опереться на подушки. Одеяло поправила, складки разгладила, слезу вытерла. – Зачем же вы так, а? Не стоит вам так близко к сердцу всё принимать. Вам себя беречь надо, а вы…

— Воды, — прохрипела я, останавливая поток слов и чувствуя, что во рту образовалась настоящая пустыня. А ещё язык обволакивал горький, металлический привкус.

Это не лекарство, определённо нет.

Девушка мгновенно поднесла стакан. Я жадно выпила, и только потом позволила себе осмотреться.

Комната, где я очутилась, была совсем крохотной, но прилично обставленной. Довольно широкая кровать с тяжёлым балдахином, шелковое покрывало, массивный сундук в углу, старинный комод с женскими безделушками, витражное окно за тяжёлыми шторами и каменные стены с картинами.

Хм, а какая интересная получилась галлюцинация. Я прямо-таки в замке оказалась, совсем как в том, из романа, принесённого доктором.

— Вам лучше? – вновь поинтересовалась девушка, пытливо заглядывая в глаза. – Может, принести чего или вы покушать хотите? Так, вы скажите, я мигом всё принесу!

— Врача я хочу. Осмотреть меня надо после операции. Как всё прошло хоть? Ходить-то буду?

Я прислушалась к себе. Голос мой был, конечно, хриплым благодаря той «пустыни», но после воды стал более… молодым, что ли? Наверное, тоже подвид галлюцинации.

Девица же смотрела на меня как на больную. Душевно.

— Так, э-э… Будете, конечно, леди Ильмира, — осторожно произнесла она, отступив на шаг. – Вы упали-то не так сильно, всё должно само вскоре пройти. Помощь лекаря и не понадобилась. И о-пе-ра-ци-я тоже.

Чего это она простое слово по слогам говорит? И врачей лекарями величает? Я нахмурилась и взглянула на девушку.

— Само? А врач-то будет? Вроде ж не выходной день сегодня.

Она тут же потупила взгляд.

— Госпожа, господин Руфус… он запретил вызывать лекаря. Сказал, что вам нужен покой и никто не должен вас беспокоить. Даже мне не сразу удалось пробраться к вам. Он… очень расстроен вашей «внезапной болезнью».

Что ещё за Руфус? Нашего главврача, конечно, звали замысловато, Рудольф Марканович, но Руфус… Вроде бы это имя фигурировало в той книге, что я читала недавно. Да и Ильмира там была…

Так, не поняла, у меня до сих пор галлюцинации или я действительно «попала»?

1.1

Я поднесла руку к лицу. Кожа не дряблая, почти прозрачная и сухая. Тонкие, длинные пальцы, на одном из которых сверкнуло массивное золотое кольцо с рубином.