– Мне не разрешают ни с кем встречаться, и я здесь только на лето.

– Я в курсе, – сказал я, улыбнувшись еще шире. – А дружить тебе разрешают?

Она нахмурилась:

– Сложно сказать. Я не очень-то лажу с людьми.

– Если все-таки решишься, просто оставь записку в «Эллисах» – это кафе.

Я дотянулся до кнехта и отвязал лодку, не сводя глаз с Алессандры.

– Хорошо.

Она улыбнулась, и мне пришлось напомнить своему колотящемуся сердцу: если что, мы просто останемся друзьями.

– Друг назвал бы меня Алли.

Один ноль в мою пользу.

– Значит, Алли.

Я отвязал швартов, пока Гэвин заводил двигатель.

Алли покачала головой, словно поверить не могла, что хотя бы на секунду задумалась, не нарушить ли запрет, а потом поднялась к сестрам.

К концу лета она стала моей лучшей подругой.

К концу следующего возненавидела меня.

И я не мог ее винить.

Глава вторая Алли

Год и три месяца спустя

Перед глазами все плыло, в ушах звенело. Что произошло?

– Все хорошо, – твердила Лина, прижимая что-то к моей голове. На лицо стекали капли. – С тобой все будет хорошо, Алли. Ты только держись. Мне так жаль. Как я могла так резко повернуть…

В глазах замелькали искры. Я посмотрела на сестру, но не нашла что сказать. С каждым вдохом легкие обжигал едкий запах дыма и расплавленной резины.

Лина улыбнулась:

– Я тебя люблю, Алли. Прости меня.

Я открыла рот, чтобы сказать, что тоже ее люблю, но вместо этого вырвался стон. Голова раскалывалась, а по голени расползалась боль. Я попыталась сдвинуться с места, уперлась левой ногой в травянистый край насыпи и оттолкнулась всем телом, но правая нога меня не слушалась. Где мы? На обочине? И почему мне так холодно?

– Послушай меня, – резко приказала Лина. На секунду все закружилось перед глазами, а потом ее черты прояснились. Часть того, что она сказала, растворилась в непрекращающемся звоне, от которого у меня раскалывалась голова. Лина сильнее надавила мне на висок. – Слушай свое сердце и позаботься о том, что останется после меня.

Останется после? А сама она что, с нами не останется? И как мне заботиться об Энн и Еве? Им нужна Лина, а не я. Мы все на нее полагались.

– Ты должна жить. – Лина сняла с пальца кольцо – мамино кольцо – и сунула его в карман моей белой юбки.

Юбки, которая раньше была белой. Теперь же местами она казалась коричневой и серой, а местами – красной.

Лина взяла мои руки и приложила к свертку из ткани, прижатому к моей голове.

– Я люблю тебя. Не двигайся. Помощь уже в пути, ты только подожди здесь.

Она встала, отряхнула подол голубого платья и, ускоряясь, побежала вниз по насыпи. Длинные каштановые волосы развевались за ее спиной.

Останься. Это слово отчетливо звучало в моей голове, но губы так и не пошевелились.

Огонь взметнулся в ночное небо, пожирая ветви корявого дерева, к которому бежала Лина.

Нет, не к дереву – к машине, вмятой в основание ствола. Пассажирская дверь была распахнута, из-под искореженного капота вырывались языки пламени.

Несчастный случай. Мы попали в аварию. Что она творит?

Нет. Я попыталась закричать, но ничего не вышло. Лина бросилась к водительскому месту. Она что, не видит огонь?

Что такого важного было в этой машине?

Боже, неужели Энн и Ева были с…

Бум! Жар полыхнул мне в лицо, осветив ночную темноту.

Машина взорвалась.

Глава третья Алли

РизНаПальцах: ОМГ, она лучшая! Сегодня иду смотреть на нее в роли Жизели. Жду не дождусь!

Десять лет спустя

Включить любимый плейлист? Сегодня вечером совсем не хотелось рисковать, поэтому я ткнула в привычную подборку и положила телефон на плед. Взяла в руки иголку с ниткой и приступила к работе.

Воткнуть иглу. Сделать стежок. Вытянуть. Воткнуть. Стежок. Вытянуть.

В наушниках играла «Жизель» Адольфа Адана. Знакомая музыка заглушала мысли обо всем, кроме предстоящего выступления. Вчера вечером во время вариации первого акта я на секунду запоздала с диагональными прыжками. Это не должно повториться. Я не задумываясь пришивала к пуантам низ трико – руки все помнили. Я готовилась к премьере.

На моем месте должна быть Лина. Она идеально подходила для этой роли. Все три месяца репетиций мама не забывала мне об этом напоминать.

Воткнуть. Стежок. Вытянуть. Я будто пыталась зашить рану от потери, так и не зажившую за десять лет.

К черту больную лодыжку! Сегодня вечером все пройдет безупречно.

Мама собиралась прийти. Из всего выступления она запомнит только недочеты. Рука задрожала, и, проткнув ткань, я уколола кончик пальца. Я выругалась, машинально сунула палец в рот, затем проверила, не осталось ли ранки. К счастью, кожу не повредила, только чуть-чуть задела.