В этот момент она ощутила некую угрозу со стороны Вечной Матери Духа и начала приглядываться к линиям на ее ладонях.

"Аура этих законов... Она..." — мысленно пробормотала Кессия.

Кессия хотела продолжить свои размышления, но внезапно пространство содрогнулось.

— БА-БААААХ! — прогремел ужасающе громкий взрыв, раздирая тишину. Его эхом отозвалась вибрация, от которой дрогнуло все внутри лиловой сферы.

Трещина, напоминавшая расколотое стекло, с ужасающим грохотом раскололась окончательно. Осколки пространства, переливаясь неземным светом, разлетелись во все стороны, растворяясь в хаосе энергий. Из разлома с ревом вырвалась черно-белая аура. Она была настолько мощной, что воздух наполнился оглушающим шумом, похожим на низкий гул тысячи труб.

Кессия зажмурилась, защищая глаза рукой, но ее аура вспыхнула, инстинктивно создавая защитный барьер. Вихрь Законов Жизни и Смерти мгновенно окутал все вокруг, словно готовясь поглотить пространство.

— Они здесь! — выкрикнул один из Пожирателей, и его голос дрожал не от страха, а от предвкушения грядущей битвы.

Все шестьдесят четыре Пожирателя в один миг активировали свои силы. Их тела начали светиться, и вокруг каждого начали формироваться огромные, словно из света выточенные, аватары. Эти сущности были воплощением их законов — гигантские, мощные фигуры, каждая из которых источала энергию, способную разрывать пространство.

— Воины Армии Восстания! Это ваш час! — громогласно выкрикнула Вечная Матерь Духа. Ее ладони вспыхнули еще ярче, а их количество увеличилось. Теперь казалось, что все пространство заполнено ее грозной силой.

Аватар Кессии также мгновенно материализовался. Ее ярость, казалось, готова была вскипятить окружающее пространство. Ее аура вспыхнула кровавым пламенем, и Кессия, чувствуя, как внутри нее разгорается ненависть, направила аватара вперед.

— Я убью вас, ублюдки! — выдохнула она, и ее голос, казалось, слился с силой аватара.

Черно-белая аура из разлома начала формироваться во что-то большее. Внутри вихря стали вырисовываться две тени, их очертания были нечеткими, но даже на расстоянии их мощь ощущалась, как удар молота. Это были Близнецы Жизни и Смерти.

— Они пробуждаются! — произнес один из Пожирателей, а его аватар начал собирать вокруг себя закрученные вихри энергии.

В следующий миг пространство наполнилось громкими, как удар грома, звуками столкновения энергий. Ауры Близнецов и Армии Восстания Жизни начали сталкиваться, вызывая пространственные разрывы.

Но в следующий момент произошло то, чего никто не ожидал...

Черно-белая аура, бушующая и наполняющая все пространство силой, внезапно начала ослабевать! Ее дикие потоки замедлились, словно кто-то невидимый приказал им остановиться. Грохот энергий стал затихать, а напряжение, заполнившее все вокруг, немного ослабло.

— Что они делают? — прошептала Кессия, ее взгляд был прикован к вихрям, которые начали сгущаться, будто бы отступая внутрь трещины. — Это не похоже на отступление...

Силуэты двух фигур, скрывавшиеся за бурей энергий, начали приближаться, их очертания становились все более четкими. Казалось, даже сама реальность вокруг них гнулась, словно не в силах выдержать их присутствие.

Первой выступила Богиня Жизни. Ее величественный облик был воплощением идеальной гармонии. Она парила, ее ослепительно белое платье мягко струилось, словно вода, окружая ее ауру спокойствия и силы. Из-за ее спины величественно раскинулись два огромных крыла, составленных из переливающихся сияющих перьев. Эти крылья излучали мягкий, но непоколебимый свет, который казался одновременно утешением и предупреждением.

Над ее головой вращался белый диск с острыми зубцами, тонко сиявший, словно древняя корона из света. Ее лицо было мягким и миловидным, большие золотые глаза светились добротой, но в их глубине таилась сила, способная покорить любую волю. Легкая, едва заметная улыбка на ее губах делала ее образ почти божественно идеальным.

— Вот это сила... — выдохнул один из Пожирателей, ощущая ее ауру, которая, казалось, исцеляла пространство вокруг.

За ней, в мрачной противоположности, шагнул Бог Смерти. Его высокий, иссохший силуэт был пугающим контрастом. Его кожа, лишенная всякой жизни, покрытая трещинами, казалась каменной, а лицо источало бесконечное страдание. Глаза, представлявшие собой пустые черные дыры, словно затягивали в себя свет, оставляя после лишь холодное забвение.

Его крылья были костяными основами с остатками сгнившей плоти, и создавали жуткий образ. Эти обломки прошлого величия висели за его спиной, словно готовые рухнуть в любой момент. Над его головой вращался черный диск, раздробленный на мелкие части. Он дрожал и искрил, будто не мог удерживать свою форму, представляя собой символ смерти.