— Вот и отлично, Кай! — заявил он, хлопая себя по колену. — Ты выбрал путь, который показался тебе правильным. Больший шанс на успех? Возможно. Но разве это не то, чем мы все занимаемся в этой бесконечной игре вероятностей?

Его фигура, казавшаяся на мгновение величественной, смягчилась. Скиталец с легкостью опустился обратно на свое место, взял чашу и снова наполнил ее вином. Все это выглядело так, будто ничего и не случилось, словно он ни на мгновение не брал вес судьбы в свои руки.

— Ты думаешь, что сделал свободный выбор? Возможно, ты так и сделал. Но, Кай, я только хотел показать, насколько иллюзорны свобода и судьба. Ты выбрал то, что показалось тебе наиболее разумным, наиболее вероятным путем к успеху. И в этом нет ничего плохого. Просто пойми, твой выбор — это часть той же игры, в которую играет вся Вселенная, — его глаза снова вспыхнули, но теперь с добродушной теплотой.

Он сделал глоток вина, откинувшись на спинку трона, и продолжил, уже более спокойно:

— Судьба и свобода выбора не существуют в привычном смысле. Все это лишь переменные, у которых есть вероятность. А ты выбрал тот путь, который посчитал наименее рискованным. Это и есть твоя настоящая свобода, но не забывай — она всегда обусловлена теми шансами, которые тебе даны — то есть, некой извращенной формой судьбы.

Старик Времени-Пространства и Монах Воли одобрительно кивнули. Казалось, оба понимали, что в этих словах был глубокий посыл. В рассказе Кая постоянно слышались размышления о его свободе и месте во Вселенной. Бог Удачи только хотел развеять его мысли, что на самом деле не имели никакого смысла.

Кай почувствовал, как напряжение в его груди начинает спадать. Слова Скитальца, странные и парадоксальные, дали ему странное ощущение покоя. Размышления о судьбе, о свободе, которые так долго не давали ему покоя, внезапно стали казаться куда менее значительными. Может, в самом деле, вся разница лишь в том, как человек выбирает двигаться вперед?

Кай поднял свою чашу и с легкой усмешкой произнес:

— Тогда за удачу, Скиталец. И за то, что она играет с нами в эту бесконечную игру.

Скиталец рассмеялся, легко и громко, поднимая свою чашу в ответ:

— Именно так, Кай! За игру!

В это время, в укромном уголке Области Доминации Духа, царила атмосфера, полностью противоположная той, что наполняла зал Высшей Триады. Там, в глубинах Вечного Храма Душ, в закрытой зоне, куда не имел доступа ни один культиватор даже высшего уровня, находилась Вечная Матерь Духа.

Ее фигура казалась утопающей в лиловом сиянии, что окружало ее павильон. Это было место абсолютной тишины, где даже дыхание становилось едва слышным. Перед Матерью парила черная сфера — ядро культивации Кая, которое она собственноручно вырвала.

Но почему-то, ее осанка была далеко не величественной. Она обхватила руками колени, и ее пальцы, казалось, до боли впивались в их поверхность. Ее лицо, некогда отражавшее бесконечное спокойствие и уверенность, было искажено мрачной тенью ужаса. Ее глаза потускнели, будто ее собственная сущность постепенно угасала.

— Это невозможно… — прошептала она, едва слышно, словно слова приносили ей физическую боль. — Неужели я ошиблась...

Ее взгляд был прикован к сфере, но в глубине ее глаз читалась борьба. Казалось, что она одновременно хочет отвернуться и не может позволить себе этого. Это было лицо существа, привыкшего к полной уверенности и контролю, которое теперь оказалось перед невообразимой угрозой.

Матерь была уверена, что перед ней находится не просто артефакт, не просто инструмент. Это было проявление чего-то куда более древнего, чем сама Вечная Матерь Духа, чем ее Храм, это было Ядро Бытия!

— Я не могу его подпитать, а законы содержащиеся внутри в какой-то момент испарятся... — прошептала она вновь, ее голос дрожал, будто произнесенные слова лишали ее остатков сил. — Если не получится, нужно спасти хотя бы их…

Матерь подняла руку, и едва заметное свечение, исходившее от ее пальцев, попробовало коснуться сферы. Но свет тут же потух, будто эта сфера не могла поглотить ее дух. Матерь закрыла глаза, и ее дыхание стало прерывистым, тяжелым. Она больше не могла скрывать, что ее разум был охвачен страхом.

Она понимала, что предстоящая буря уже была неотвратима. Если она ошиблась, и убила Кая зря, тогда нужно было срочно менять план.

— Близнецы Жизни и Смерти точно желают уничтожить Высшую Триаду... Но я не могу им полностью доверять, — сжав кулаки произнесла она. — Если в ближайшие столетия я не получу силу Ядра Бытия... Мне придется создать фальшивку, чтобы хотя бы блефовать! Без силы Бессмертного Пьяницы, я не смогу вечно возобновлять полуразрушенную печать. Близнецы рано или поздно вырвутся наружу, и лучше, чтобы они считали меня их опасным союзником, нежели подчиненной...

Глубокий внутренний страх не покидал ее. Вечная Матерь знала, что уже сейчас, в эту самую секунду, вселенная трещит по швам, и совсем скоро ее обитателей ждет великая катастрофа, которую не остановить.