— Того мальчика именуют Бессмертным Пьяницей... И не лучше ли мне будет помочь ему взойти в ранг Низшего Бога? Обладая Ядром Бытия, мы вдвоем сможем уничтожить и вас, и Высшую Триаду. Зачем нам рисковать, сговариваясь с вами, ублюдками, которые уже раз предавали жизнь?

На лицах Близнецов мелькнула тень усмешки, но их взгляды стали холодными и серьезными.

— Уверена ли ты, что Бессмертный Пьяница — не пешка в руках Высшей Триады? — раздался ровный, слегка отстраненный голос Бога Смерти. — Слишком уж необычно то, как события складываются вокруг него. Мы не станем отрицать, что чувствуем от него угрозу... Но если мы правы, какова истинная цель тех, кто незримо направляет его путь? Подумай об этом...

Вечная Матерь Духа встретила их взгляд, чуть нахмурившись, но ничего не ответила. Она молчала, но в ее взгляде читалась непреклонная решимость. Она не позволила бы никакому страху повлиять на ее намерения.

— В судьбе этого мальчика слишком много совпадений. Тебе не кажется странным, что все это время он продвигается как будто по заранее начерченному пути? — голос Богини Жизни был спокоен, но каждое слово было пропитано убеждением.

Вечная Матерь молчала, но в глубине души понимала, что что-то в словах Близнецов отозвалось тревожной ноткой. Она сама боялась того, что Кай словно шел по чьему-то хитро сплетенному маршруту.

— Мы предлагаем тебе объединиться не из-за простой прихоти, — продолжил Бог Смерти, немного прищурившись. — Для нас тоже есть риск. Даже если мы попытаемся восстать против Высшей Триады, ты думаешь, мы не боимся, что Бессмертный Пьяница может стать бесконтрольной угрозой? Если он окажется слепым орудием в руках стариков, в итоге это приведет к гораздо более опасным последствиям, чем риск нашего освобождения.

— Значит, вы считаете, что риск больше в союзе с ним, чем с вами? — Вечная Матерь поджала губы, ее голос был наполнен ледяным скептицизмом.

— Подумай, Матерь, — ровно и спокойно сказала Богиня Жизни, — на что ты готова пойти ради победы? Что более рискованно: сговор с нами, знающими, что такое предательство и Высшая Триада, или союз с Бессмертным Пьяницей, который может обернуться катастрофой? — она сделала паузу, и ее голос стал тише, почти заговорщическим. — А что, если, прокладывая себе путь, он в итоге придет не на сторону жизни, а к Триаде?

Вечная Матерь Духа хмыкнула, ее глаза слегка сузились, когда она разглядывала туманные фигуры Близнецов.

— Я услышала вашу позицию, — холодно ответила она. — И пусть в ваших словах звучат отголоски истины, вы все равно остаетесь моими врагами. Ваши действия за миллионы лет доказали, что вашей «перемене» верить глупо. Мне лучше наблюдать за тем, как разворачиваются события, чем вступать с вами в сомнительный союз.

Она сделала паузу, добавляя с холодной уверенностью:

— Бессмертный Пьяница, в отличие от вас, еще недостаточно силен, чтобы противостоять мне. Пока его сила под контролем, это вопрос лишь наблюдения и времени.

Аура Богини Жизни оставалась безмятежной, но ее голос прозвучал задумчиво:

— Многое может измениться, и предполагаю, что наша встреча не последняя. Возможно, наступит день, когда ты изменишь свои убеждения.

— Мы будем ждать тебя. Главное не затягивай, иначе Высшая Триада восстановит силы, и проиграют все, — сказал Бог Смерти, и голоса Близнецов синхронно отозвались в унисон. — Время покажет, какова истинная сила твоей веры в этого смертного.

Вечная Матерь обернулась, оставив их в молчании, и, поднявшись над безмолвной печатью, стала исчезать, тая в бескрайнем звездном пространстве.

Тени Близнецов остались на месте, их фигуры медленно растворялись за светом печати, словно предвкушая будущее, в котором их загадочные слова могут стать пророчеством.

Параллельно с происходящим во вселенной, Кай оставался глубоко погружен в культивационную зону. Законы, которые он изучал, открывались ему один за другим, и он не замечал, что незримая сеть событий начинала сплетаться вокруг его судьбы.

Кай ничего не знал о том, что его имя произносили с недоумением и опасением сильнейшие существа во Вселенной. Он и представить не мог, что его обсуждали Вечная Матерь Духа и сами Близнецы Жизни и Смерти. Сам факт подобного разговора показался бы Каю невозможным.

Пока он полностью сосредотачивался на постижении внутреннего покоя, спокойной медитации, его фигура стала чем-то фундаментальным в судьбе Вселенной. Можно было сказать, что он стал камнем преткновения на пути Вечной Матери Духа, и одновременно Близнецов. И хотя в его мире царила полная гармония, в этой тишине скрывался неведомый Каю рок — древний, мощный, способный изменить порядок бытия.

— Грааах! — внезапно тишину культивационной зоны пронзил громкий и торжествующий крик Кая, в котором переплелись ликование и облегчение. Его глаза горели, как раскаленные звезды, а руки сжались в кулаки.