— Кай, твой бой с моим внуком был просто невероятен. Я не видел таких сильных асур уже десятки тысяч лет, — продолжил Клаус. — Можешь показать мне свой второй закон? Я всю жизнь занимаюсь исследованиями и накоплением знаний. Поэтому увидеть параллельные законы вживую — это сродни чуду.

Кай кивнул и поднял две ладони перед собой. В следующий миг Клаус переместился прямиком к нему, его глаза широко раскрылись от восхищения. Одна рука Кая тут же вспыхнула черной энергией, принося чувство разрушения, способное поглотить и разрушить все на своем пути. Вторая рука вспыхнула кровавой аурой, несущей в себе Закон Жнеца Асуры.

Клаус внимательно рассматривал ладони Кая, его лицо выражало неподдельное восхищение и интерес. Он наблюдал за изменением энергий, которые переплетались и взаимодействовали, создавая нечто поистине уникальное и мощное.

— Невероятно... — тихо произнес Клаус, не отводя взгляда от ладоней Кая. — Законы, которые ты используешь, совершенно разные по своей природе... Как же ты сумел осознать их?

Клаус осторожно приблизил свою руку к черной энергии, испускаемой Каем, слегка касаясь ее.

— Вы не совсем правы. Хотя их природа действительно разная, суть внутри них довольно похожа — это разрушение. Если Закон Жнеца Асуры стремится разрушать плоть и забирать жизнь, то мой второй закон, Закон Неизбежного Разрушения, направлен на разрушение энергии и материи. Мне посчастливилось заложить фундамент для обоих законов еще в начале пути, поэтому я сумел развить их до такой высокой степени.

Клаус поднял глаза на Кая, его взгляд был полон уважения и интереса.

— Удивительно... Значит, как асура, ты был достаточно талантливым, чтобы осознать закон на основе энергии, которая является для нас только вспомогательным концептом. Более того, на таком уровне...

— Я много думал об этом... — внезапно произнес Кай. — Мне кажется, что именно из-за моего владения параллельными законами дедушка решил развивать меня вне цивилизации. Возможно, он боялся, что мне просто не дадут вырасти. Особенно, учитывая репутацию Моря Крови Асур... Должен сказать, что я был удивлен, когда впервые вышел в мир, и все называли меня грешником... — невзначай упоминая тему Кессии, добавил Кай.

Как только прозвучали последние слова Кая, Клаус на секунду застыл, но затем покачал головой и произнес:

— Жаль, что тебе пришлось пройти через подобное. Моя семья не только хорошо правит асурами уже десятки тысяч лет, но имеет в своих рядах грешников и предателей. Увы, поступок одной из них настолько непростительный, что мы уже никогда от него не отмоемся, — тяжело вздыхая, объяснил он.

— Насколько я понял, ее звали Кессия? Извините, если спрашиваю что-то запретное. Я пока еще не привык к пониманию границ и субординации. Если сую нос туда, куда не нужно, просто скажите мне, — видя неоднозначную реакцию Клауса, произнес Кай.

— Эх… Да… — переводя взгляд на высокие потолки, выдал Клаус. — Кессия являлась моей сестрой близнецом. Но она была настолько сильной, что от мощи и власти потеряла разум. Во времена ее правления клан постоянно ввязывался в кровавые войны, что плохо влияло на нас. Под конец своей жизни она должна была осуществить невероятный подвиг — стать следующим Еретическим Богом! Но по определенным причинам она убила себя, но что самое главное — уничтожила Родословную Еретического Бога вместе с собой… — сжимая кулаки, с едва заметной ноткой негодования, объяснил он.

Услышав подобное, Кай просто промолчал, не выражая никаких эмоций. Кратко кивнув, он с благодарностью произнес:

— Спасибо, что открыли мне тайны клана, даже если я не являюсь его частью.

В тот же миг эти слова будто бы обрадовали Клауса, ибо он сразу же перевел взгляд на Кая и улыбнулся. Казалось, что он хотел бы поговорить именно об этом! Тема Кессии тотчас улетучилась, и атмосфера стала на удивление спокойной.

Глава 828

Кай смотрел на Клауса, но его мысли были далеко отсюда. В его Духовном Море пряталась Кессия, и он чувствовал, как ей больно слышать подобные слова от своего брата. Кессия всегда была сильной и непоколебимой, но сейчас ее защита дрогнула, и ее боль была ощутимой, как никогда раньше. Казалось, что Клаус не испытывает к ней никаких эмоций и даже не старается защитить память о ней.

"Кессия, я знаю, что это тяжело," — мысленно произнес Кай, стараясь утешить ее. Но утешение казалось пустым, ведь слова Клауса резонировали в ее сердце, как острые кинжалы. Ее брат, единственный из ее родных, кто остался жив, сейчас отверг ее самым жестоким образом.

"Почему он так со мной поступил?" — ее голос дрожал, передавая всю глубину боли и разочарования. "Разве я не заслужила хотя бы каплю его сочувствия? Разве все те годы, когда мы были рядом, ничего для него не значат?"