Под взором ее восприятия, далеко в огне парил Кай. Цвет его волос изменился, но это точно был он! Его белоснежные волосы развевались, сливаясь с сиянием, будто он сам стал частью этого потока. Лицо его было безмятежным, но по телу бегали странные символы, которые светились, будто оживали под воздействием огня. Его грудь поднималась и опускалась в ровном ритме, а каждый удар сердца раздавался эхом по всему пространству.

Глаза Близнецов также вспыхнули шоком, они были потрясены до глубины души. Их выражение лица нельзя было спутать с чем-то иным — это был страх. Они знали, что центр силы Кая был интегрирован в грудь Вечной Матери Духа, а это значило одно — он должен быть мертв!

Шок был мимолетным, но не смог повлиять на их решимость. Наоборот, Близнецы и Матерь осознали, что Кая срочно нужно уничтожить! Возле него сейчас находилась крохотная сфера, что сливалась с ним. Подобное не могло сулить ничего хорошего!

Летя вперед и начиная взывать ко всей своей силе, Вечная Матерь Духа обратилась к Близнецам передачей мысли:

"Что за чертовщина?! Я лично вырвала всю его силу и выбросила в хаотическое пространство! Без защиты своей силы, его должно было разорвать за мгновение! Почему он все еще жив?!" — голос Матери сквозил яростью и ненавистью. Это был уже второй раз, когда из-за Кая нарушались ее планы.

"Это... будто бы он не совсем тот, каким был в прошлом," — вскрикнула Богиня Жизни, также взывая к своей силе. Ее голос дрожал, как будто само присутствие Кая нарушало логику этого мира. "Он ощущается так, будто бы сама его сущность изменилась! Не знаю, что задумала Высшая Триада, но нам нужно немедленно уничтожить этого парня!"

Не говоря ничего, Бог Смерти также начал взывать к своему закону, вновь сотворяя оружие. Они с сестрой готовились объединиться в отчаянной атаке! Казалось, что сейчас главная угроза исходит даже не от Высшей Триады.

Матерь не могла оторвать взгляда от этой картины. Пламя, которое она не могла понять, и человек, который, по всем законам, не мог существовать. Ее сердце заколотилось быстрее, мысли путались, а единственное, что оставалось, — это ощущение надвигающейся опасности.

Позади предводителей, армия тоже начала ощущать странности. Видя замешательство Матери и Близнецов, культиваторы быстро начали концентрировать силы. Их законы сливались, превращаясь в потоки энергии, которые вновь заполняли артефакты. Напряжение росло, и чувство неведомого страха подталкивало каждого ускоряться, стремясь понять, что так ошеломило их лидеров.

Они продолжали лететь вперед, пока не достигли точки, в которой восприятие Пожирателей также достигло эпицентра. Сотня мастеров одновременно почувствовала резкий толчок в сознании. Их взоры пересеклись с белым пламенем, а затем в этой безмятежной яркости каждый из них узрел фигуру. Мужчина, окутанный сиянием, висел в центре, неподвижный, но грандиозный. Его белые волосы сливались с потоками света, а странные письмена, что покрывали его кожу, казались живыми. Это был тот, кого почти все из них узнали...

— Что за чертовщина здесь происходит... Неужели он и вправду был на стороне Злых Богов? — раздался чей-то потрясенный шепот, эхом отдающийся в умах других.

Каждый из Пожирателей на мгновение усомнился в своей адекватности, как будто реальность дала трещину. Это лицо... это спокойствие... все до мельчайших деталей совпадало с тем, кого они знали. Когда-то этот человек противостоял Злым Богам вместе с ними. Но он умер... Что Матерь, что Близнецы четко об этом заявили!

"Но почему он здесь? Как это возможно?" — этот вопрос проносился в головах сразу у сотен мастеров, выбивая их из равновесия.

Некоторые на мгновение потеряли контроль над своей энергией, создавая хаос в потоках. Законы жизни и смерти вокруг них начали колебаться, будто не находили себе места.

— Это не может быть он! — вторил ему другой. — Это какая-то иллюзия Высшей Триады! Они пытаются сломить наш дух!

И все же никто не мог отвести взгляда от фигуры Кая. И никто не мог убедить себя, что это просто обман зрения. В глубине души каждый знал, что это именно он.

Но все это замешательство было ничем по сравнению с реакцией одной из мастеров. Сначала ее дыхание сбилось, грудь словно сдавило невидимыми тисками. Ее глаза расширились от ужаса и изумления, а затем, как будто не в силах больше сдерживать эмоции, Кессия беззвучно зарыдала. Слезы хлынули по ее щекам, сверкая в ослепительном свете белого пламени.

Она с трудом выдавила шепотом, едва слышно для окружающих:

— Это... ты?

Ее разум был охвачен вихрем воспоминаний. Перед внутренним взором мелькали моменты их короткого, но яркого счастья, вместе с болью утраты. Ее возлюбленный, ее Кай, погиб так давно, что она уже привыкла считать себя одинокой в этом мире. Его потеря была как рана, которая не зажила даже спустя тысячи лет. Ее жизнь разделилась на "до" и "после". После его смерти она решила бросить все ради мести, сегодня она готовилась отдать свою жизнь.