Внутренний монолог Кая углублялся. Жизнь была воплощением парадокса. Она нарушала баланс, но ее существование несло в себе величайший потенциал для создания.

Он видел, как Вселенная пытается справиться с этим новым явлением. Но казалось, что Удачи, Воли, Времени-Пространства больше не хватало, чтобы быть точкой опоры Вселенной. Они больше не могли стоять посредине между первородным хаосом на одной стороне, и жизнью на другой...

И было очевидно, если жизнь перевесит их, это не приведет к перерождению Вселенной. Оно приведет ее к разрушению, ибо сами основы мироздания рухнут. Теперь Кай еще более отчетливо понимал, почему Высшая Триада решила искусственно подавлять жизнь, только, чтобы удержать этот хрупкий баланс.

"Что, если жизнь — ошибка?" — Кай задумался, его мысли стали медленными, как вязкий поток. "Но ведь она также порождение этого изначального хаоса..."

Жизнь будто бы была вызовом, который заставлял хаос открывать новые аспекты своей природы. Она разрушала гармонию, чтобы вдохновить ее участников на создание новой, более сложной структуры.

"Нет... Это не ошибка. Просто изначальная Вселенная была сбалансирована Высшей Триадой. Но с развитием жизни их стало недостаточно. Жизнь слишком велика, чтобы быть вписанной в старую схему. Чтобы она могла существовать, ей нужен противовес. Новый принцип, который удержит ее стремление к разрушению в границах допустимого..."

И тут Кай почувствовал, как внутри него рождается четкое понимание...

"Я... Вот кто должен стать этим противовесом..." — мысленно пробормотал он. — "Не знаю, как это сделать, но я найду ответ. Если жизнь разрушает, я стану тем, кто направит ее разрушение в созидание. Я сделаю так, чтобы каждый новый закон находил свое место во Вселенной."

"Но Высшая Триада должна продолжать жить, чтобы балансировать первородный хаос. А я... Я должен заполучить Закон Сути, чтобы суметь балансировать жизнь! Я ядро Вселенной, ранее безжизненное, которое стало частью жизни! Теперь я должен понять, как ее сохранить и даже дать ей новый толчок к развитию!"

Он сделал глубокий вдох, ощущая, как его сущность наполняется силой. Его разум продолжал созерцать, а видения прошлого воплощения становились все яснее. Наконец, он увидел в жизни не просто источник проблем, но и бесконечное поле возможностей, которые еще предстоит раскрыть.

Постепенно его разум начал входить в состояние полного сосредоточения. Вдох за вдохом он отрывался от конкретных мыслей, переходя на уровень интуитивного восприятия. Звуки, образы и ощущения вокруг будто стирались, оставляя только пульсацию элементарных законов, из которых состояла эта первозданная вселенная.

Время перестало существовать в привычном смысле.

Сначала показалось, что прошли лишь мгновения. Но затем, словно песок в неощутимых часах, начали исчезать дни, недели и месяцы. Кай уже не осознавал их смены, его внимание полностью поглотил внутренний мир. Он больше не ощущал разницы между собой и потоками, окружающими его. Все мысли о себе, о прошлом и даже о своей цели начали стираться, как следы на мокром песке.

Вокруг него разворачивались бесчисленные видения. Он видел, как жизнь рождает во Вселенной новые законы, а потом стремится забрать их у нее. Становясь достаточно сильными, мастера боевых искусств заполучают законы себе, создавая нечто сильное, и неподвластное Вселенной. Баланс вечно колебался то в одну сторону, то в другую.

Порой Кай забывал, зачем вошел в транс. Все существо Кая было сосредоточено на одной задаче — найти точку равновесия. В этом поиске он начинал терять грань между собой и вселенной, между наблюдателем и объектом наблюдения.

И все же с каждым новым столетием внутри него происходило что-то большее. Год сменялся годом, перетекая в десятилетия, а затем в столетия и тысячелетия. И подобное происходило даже во внешнем мире, где время текло гораздо медленнее...

В этот же момент, далеко, в мире живых, солнце золотило крыши бескрайнего города, раскинувшегося у подножия величественных гор. Просторный балкон, напоенный светом, утопал в тишине, нарушаемой лишь редкими звуками далекой суеты. На его краю стояла Кессия. Она только что завершила очередную длительную закрытую культивацию, которая длилась не одну тысячу лет.

Ее фигура, все еще окруженная тонкими струйками остаточной ауры, излучала силу и внутреннее спокойствие. Казалось, каждый аспект ее присутствия кричал о ее недосягаемости, о ее возросшем могуществе. Но взгляд Кессии выдавал иное.

Ее глаза, обращенные к горизонту, где городская суета сливалась с небесной синевой, прятали в себе тяжелую тень тоски. Где-то в самой глубине скрывалась печаль, которую она так долго пыталась подавить.

"Сколько уже прошло... Десять тысяч лет? Или же больше?" — мысленно прошептала она, прижав ладонь к холодному мрамору перил.