"Если так подумать, жизнь и смерть важна только в рамках трех Областей Доминации. Именно с ними связаны эти концепты... Здесь же, все теряет смысл..."

"Фактически, я должен был умереть, ибо из меня вырвали все начала жизни: системы духа, энергии и плоти. Но я остался жив благодаря Сфере Сути... Но можно ли в таком случае считать меня живым?" — мысленно произнес Кай, ощущая странные эмоции от подобного осознания.

Как только эта мысль промелькнула в уме Кай, его сознание затрепетало. Казалось, что он внезапно нашел хорошее предположение, почему граница Вселенной не уничтожила его!

"Высшая Триада создала барьер, чтобы сдерживать живых существ... А Вечная Матерь Духа вырвала из меня то, что роднило меня с живыми, оставив только мое тело — оболочку, созданную во время прорыва на Сферу Пожирателя Закона... Может ли быть так, что барьеру незачем сдерживать меня, ибо он не воспринимает меня, как часть жизни?! Что за чертовщина со мной творится?!"

И вдруг внутри него что-то словно вспыхнуло. Это чувство было одновременно чуждым и знакомым. Оно разлилось по его существу, как пробуждение древней силы.

От тела Кая раздалась мощная пульсация. Пространство вокруг содрогнулось, и письмена, которые до этого парили равнодушно, на мгновение замерли. Это чувство было странным, необъяснимым... Он ощутил, как его сознание раскрывается, как будто внутри него распахнулись невидимые крылья.

"Что это?" — удивился он, поглощенный этим ощущением.

Письмена вокруг начали реагировать. Они засияли ярче, как звезды, и закружились быстрее, образуя нечто похожее на вихрь. Их ритм изменился, подстраиваясь под пульсацию, исходившую от Кая. Впервые он ощутил их близость, как если бы они стали частью его самого.

И тогда он понял: это была сила Сферы Сути! В этот момент ум Кая посетила очень странная и одновременно ужасающая его мысль.

"Подожди, может ли быть так, что я..." — он не осмелился озвучить ее до конца и сразу же отмел в сторону. Сейчас были дела поважнее!

"Плевать! Сфера Сути наконец откликнулась на мой зов! Не понимаю, почему это произошло, но письмена задвигались!" — в трепетном восхищении мысленно выкрикнул Кай.

Теперь пульсация его тела становилась ритмичной, сливаясь с вибрацией письмен. Кай ощутил, как символы начинают приближаться, будто признавая его. Он протянул свое сознание к ближайшему из знаков, и он, наконец, отозвался!

Символ, откликнувшись на зов Кая, медленно отделился от общего хаоса и двинулся к нему. Он словно плыл в невидимой реке, ведомой неуловимой волей. Яркое сияние его контуров слегка потускнело, как будто он готовился к тому, чтобы стать частью чего-то большего.

Когда символ приблизился, Кай ощутил его присутствие, будто теплое прикосновение, проникающее глубоко в сознание. Затем он начал медленно входить в его тело. Ощущение было странным — едва ощутимым, словно в засохший колодец начала поступать первая, слабая, но живая струя воды. Это было почти неуловимо, но все же ясно. Тело Кая, опустошенное и неподвижное столь долгое время, впервые дало отклик.

Он замер, поглощенный этим ощущением. Внутри него что-то оживало, что-то пробуждалось. Символ растворился, впитавшись в его сущность, и откуда-то из глубин его бытия раздался едва слышный, но мощный отголосок. Это не было привычной энергией, духом или кровью, которую он поглощал в прошлом. Это было что-то более древнее, первозданное, фундаментальное.

"Вот черт... Работает..." — мысленно прошептал Кай, с трудом веря собственным ощущениям. Он потянулся к следующему символу. Теперь, когда процесс стал яснее, его воля обрела твердость. Второй символ отозвался быстрее, словно уже ждал своей очереди. Он приблизился, танцуя в воздухе, и, так же как первый, вошел в тело Кая.

С каждой новой попыткой Кай чувствовал, как его сила медленно растет. Он все еще был обездвижен, но его разум, его суть начали ощущать перемены. Едва заметные, но такие долгожданные. Символ за символом приближались, впитываясь в него, словно долгожданная вода наполняет высохший сосуд. Процесс был медленным, но с каждым шагом все больше письмен отрывались от хаоса, подчиняясь его воле.

Чем больше он поглощал, тем сильнее становился. Тело, которое прежде было неподвижным, казалось, начало оживать. Где-то в глубине разорванного солнечного сплетения раздался слабый, но ритмичный пульс. Кай почувствовал, как странная, незнакомая энергия медленно, но неуклонно наполняет его.

"Неужели..." — он рискнул направить внимание к своей ране, которая столь долго была немым напоминанием о его поражении. Границы разрыва, некогда зияющие, начали медленно срастаться. Это не было обычным восстановлением. Оно напоминало творение из ничего. Мягкое сияние письмен оживляло ткани, вплетая их в нечто новое.

"Эти письмена... они залечивают мои раны", — понял он, чувствуя, как неведомая сила течет по его телу.