Рис сидел с каменным лицом, пока детективы описывали ужасающие подробности преступления, потрясшего их тихий городок. Трое или четверо мужчин, вооруженных, судя по стальным гильзам калибра 7,62х39 мм, автоматами АКМ, открыли огонь по дому еще на подходе к крыльцу. Они выбили дверь и продолжали стрелять, продвигаясь по комнатам и беспорядочно поливая всё свинцом. Его жену нашли в тупике гардеробной: она до последнего вздоха прикрывала своим телом маленькую Люси. Судя по всему, Лорен успела ранить как минимум одного из нападавших из пистолета, который успела выхватить из небольшого сейфа у кровати. В гардеробной нашли гильзы калибра 9 мм, а из дома тянулся кровавый след. Ранения Лорен указывали на то, что сначала пули попали ей в кисти и предплечья, когда она защищалась, а затем она накрыла собой дочь и была убита выстрелами из винтовок в упор. Похоже, в Лорен разрядили целый магазин на тридцать патронов с минимального расстояния. Смерть наступила почти мгновенно от множественных попаданий в жизненно важные органы.

Люси еще цеплялась за жизнь, когда приехала скорая, но её истерзанное тельце больше не могло бороться, и она умерла по дороге в госпиталь. Парамедики сражались за неё как львы, но травмы были слишком тяжелыми. Признаков сексуального насилия или кражи имущества не обнаружили — вероятно, из-за отчаянного сопротивления Лорен, ранившей одного из стрелков.

Соседи видели, как нападавшие скрылись на черном седане «Кадиллак». Основная версия детективов заключалась в том, что это дело рук банды из Баррио-Логан — района на другом берегу залива. Их и раньше подозревали в участии в «теггинге» и кражах в обычно спокойном Коронадо, и теперь они, очевидно, решили поднять ставки, совершив столь жестокий налет.

Рис слушал их версию, прекрасно понимая: это не случайный акт насилия со стороны кучки гангстеров. Но и на работу обученных профессионалов это тоже не было похоже. И была еще одна деталь, о которой детективы сообщили ему почти нерешительно: Лорен была беременна. Судя по сроку, мальчик был зачат незадолго до командировки Риса. Лорен хранила это в тайне, готовя сюрприз к его окончательному возвращению домой. Рис думал, что сильнее страдать уже невозможно, но эта новость окончательно погрузила его в бездну отчаяния.

• • •

Пока Рис общался со следователями, группа криминалистов продолжала обрабатывать улики в его доме. Филлип Дубин мечтал стать детективом столько, сколько себя помнил. Он происходил из династии бостонских копов и, к досаде матери, никогда не сворачивал с намеченного пути. У неё на мгновение вспыхнула надежда, когда он пошел служить на флот — она рассчитывала, что сын воспользуется ветеранскими льготами G.I. Bill, чтобы выучиться на врача или юриста. Но вместо этого Фил потратил G.I. Bill на Колледж уголовного судопроизводства Джона Джея в Нью-Йорке, который закончил в числе лучших на курсе. Мать была расстроена его выбором профессии, но еще больше её удручило решение сына осесть на другом конце страны, в Сан-Диего, где он провел большую часть службы на флоте. Он застал самый конец первой войны в Персидском заливе, проведя почти всё время в недрах минного тральщика, что напрочь отбило у него желание связывать жизнь с морем. Оказавшись на Западном побережье, он влюбился в погоду, пляжи и расслабленную атмосферу — полный контраст улицам Бостона, на которых он вырос. Со своей женой он познакомился, когда та работала в офисе окружного прокурора; сейчас она полностью посвятила себя дому. Спустя двадцать лет службы в полиции Сан-Диего он дослужился до лейтенанта отдела по расследованию убийств. Счастливый брак, трое детей — Фил не мог представить себе жизни лучше. У него была работа, которую он любил, и семья, которую он любил еще больше.

Детективу Дубину было трудно отделять в себе копа от мужа и отца, пока он медленно шел по двору Риса. Его уже вызывали в этот райский курортный городок по работе: один раз по делу о жестоком убийстве с последующим самоубийством, другой — из-за подозрительного повешения. В Коронадо были свои детективы, но если след вел на ту сторону залива, они обращались за помощью к полиции Сан-Диего (SDPD).

Отметиться, кивнуть знакомым лицам — и вот Фил уже поднимается по ступеням крыльца, зная, что внутри его ждет самое страшное. За свою карьеру он навидался всякого, но к такому ни один отец привыкнуть не может. Ночи, проведенные на местах убийств, где обрывались молодые жизни, всегда заставляли его замирать и чуть сильнее ценить своих детей, когда он возвращался домой.

— Привет, Фил.

— Привет, Чак, — отозвался Фил местному детективу. — Насколько всё плохо?

— Паршиво. У нас здесь такое редкость, сам знаешь. Спасибо, что приехал.

— Без проблем. Что у вас?

— Похоже на налет на дом, хотя мы никогда раньше здесь такого не видели. Трудно поверить, что это случайность. Только не пойму, на кой черт банде гангстеров сдался этот домик в Коронадо.

Фил кивнул, слушая пояснения провинциального коллеги и глядя поверх его плеча.

Ковер пропитался кровью, комната была усеяна гильзами, отмеченными желтыми номерными знаками. К виду судмедэкспертов, упаковывающих трупы в мешки, Фил так и не привык. Вид безжизненного тела женщины, которая еще несколько часов назад была полна сил и красоты, заставил уроженца Бостона отвести взгляд.

— Это Лорен Рис. «Код семь» — смерть констатирована по прибытии первых патрульных. Дочь нашли под ней, еще живую. Парамедики повезли её в госпиталь, но не довезли: множественные огнестрельные. Похоже, мать успела огрызнуться из «Глока». Мы нашли 19-ю модель и стреляные гильзы рядом с телом, немного крови в коридоре и еще у входной двери. Мать и дочь застрелили здесь, так что, думаю, она кого-то из них зацепила.

— Есть вероятность, что это муж? — спросил Фил. Он часто видел, как домашние ссоры заканчиваются насилием.