Но у меня из головы не выходил его наезд. Поэтому я, дождавшись, когда он прервется, спросил:

– А все-таки у меня вопрос, Наиль Русланович. Почему вас так раздражает, что один процент остается у меня?

– Нет-нет! Вы что?! Вам показалось! Меня ничего не раздражает! – торопливо заверил он и быстренько перевел разговор на какую-то общую тему.

Как раз вернулась Алиса Олеговна со своим вторым юристом, и беседа плавно потекла дальше. В результате мы подписали документы, и через некоторое время я собрался уходить.

Алиса Олеговна вышла меня проводить и спросила:

– Ты чем-то недоволен, Сергей?

– Почему? – спросил я.

– Ну, я тебя уже немного изучила. Мне кажется, ты как-то не сильно воодушевлен.

– Да нет, устал просто, – отмахнулся я.

Мы прошли еще немного, она что-то говорила. Но я все никак не мог собрать мысли. Столько всего произошло, причем одновременно! Забавно, что Алиса пока понятия не имела о Лейле и ее стриме.

Когда мы уже дошли до самого выхода из ее офиса, я все-таки не выдержал и спросил, потому что, по сути, сейчас повторялась та же история, что с Валерой и с Мариной Носик, когда «мы в ответе за тех, кого приручили».

– Алиса, такой вопрос… Этот второй юрист, он точно на твоей стороне играет?

– На моей, разумеется. – Она удивленно вскинула брови. – С чего ты взял, что может быть иначе?

– У вас с ним что-то было?

– В каком смысле? – не поняла она.

– В прямом. Вы с ним спали?

– Н-нет! – От изумления Алиса даже остановилась, уставившись на меня с потрясенным видом. – Откуда такие мысли?

– А может, ты ему какие-то знаки подавала? Надежды? – продолжил я, игнорируя ее возмущение.

– Нет, что ты! У меня железный принцип – никогда не сплю с сотрудниками, коллегами или соседями. Слишком чревато. Даже мысли не допускала.

– Странно.

– Почему?

– У меня сложилось впечатление, что он на тебя имеет виды.

– Ерунда, Сережа! Он недавно женился, долго добивался своей супруги. Молодая, красивая. Зачем ему старая разведенка в довесок?

Нет, что-то тут не сходилось. Система показала вполне однозначную картину, и я решил не отступать.

– Алиса, скажу прямо. Ты же понимаешь, что мне от тебя ничего не нужно. Ты сама предложила этот процент. Я вообще шел по парку, а ты сидела на скамейке и плакала.

– Да, конечно. – Она напряглась, почувствовав серьезность разговора. – Говори, не мнись.

– Ты мне доверяешь, иначе мы бы этот договор не подписали. Так вот, с этим юристом будь осторожна. Очень осторожна. Присмотрись к нему повнимательнее, а лучше – пусть его проверят.

– Ты что-то заподозрил?

– Мне кажется, он играет не на твоей стороне. Вполне возможно, что у него с твоим мужем какая-то схема. Или с кем-то из конкурентов. Просто имей это в виду.

Я толкнул дверь, но она схватила меня за руку и, глядя в глаза, сказала:

– Спасибо, Сережа. Ты меня уже в который раз выручаешь.

Эмпатический модуль показал, что говорит она искренне: благодарность, облегчение, доверие. Никакой фальши.

Так что вышел на улицу я с ощущением, что все сделал правильно.

Сел в предоставленную Алисой Олеговной машину, и ее водитель отвез меня домой.

Глава 4

Дома я с размаху бухнулся на кровать. Прямо как был, в одежде.

Что-то вымотало меня все это совершенно.

Я даже мяуканье Валеры проигнорировал. Тот, впрочем, понял, что мне не до него, и умолк.

И тут раздался звонок. На экране высветился незнакомый номер, но ответил я машинально, а голос узнал сразу.

– Епиходов, спустись. Надо поговорить.

Участковый Гайнутдинов? Зачем я ему понадобился? По интонации было понятно, что дело серьезное, но не критичное. Я мысленно прикинул вероятности и пришел к выводу, что речь, скорее всего, о заявлении, которое на меня накатали соседи. А не поднялся он сам ко мне… потому что устал. Наверное… Ладно.

– Сейчас буду, – коротко ответил я и, превозмогая усталость и лень, поднялся с кровати. Положил трубку и посмотрел на Валеру, устроившегося на подоконнике. Я почесал его за ухом, накинул спортивку и спустился.

На улице мелкая морось висела в воздухе. Промозглый ветер пробирал до костей. Лужи антрацитово блестели в неровностях асфальта, отражая тусклый свет солнца, пробивающийся сквозь свинцовые тучи.

У подъезда стояла бледно-серая служебная «Лада-Веста», а рядом с ней, опираясь на капот, Гайнутдинов. Участковый был в форме и смотрел куда-то в сторону.