Была бы возможность, я бы сильнее вжалась в матрас или вовсе растворилась. Сделала бы все, что угодно лишь бы не попадать в тот ад, который исходил от Дарио Де Луки, но у меня была лишь возможность неподвижно лежать под ним, чувствуя, как мое сердце грохотало и трещало.

Я не только сейчас проигрывала ему все, что только можно. Я лишалась всего.

- Да, согласна, - произнесла еле слышно, с трудом, даже болью выталкивая из себя эти слова.

В комнате повисла тишина. Даже ливень и порывы ветра перестали быть слышны. Где-то, за пределами этого номера, они все еще бушевали, но тут словно бы перестали иметь какое-либо значение.

Дарио очень медленно наклонился. Так, словно пытался уловить мою самую мельчайшую реакцию и я, понимая это, постаралась не дергаться. Он ведь именно этого от меня хотел? Чтобы я была послушной девочкой?

Наши губы соприкоснулись и я окончательно перестала дышать. Несколько секунд вообще ничего не происходило, но даже этого поцелуя хватило, чтобы все внутри обожгло и сердце забилось словно обезумевшее. Почему? От паники или осознания, что теперь я по своей воле обязана отдавать Дарио все, что он захочет? Возможно, и то и другое. Эмоции сплетались. Превращались в целые пожары и начали вовсе испепелять, когда Де Лука углубил поцелуй. Делая это медленно. Языком проводя по моей нижней губе, а затем им проникая в мой рот.

Я пальцами сжала покрывало, чувствуя, как кольцо на указательном пальце зацепилось за торчащие нитки. Пытаясь сдержаться и вновь не предпринять паническую попытку отстраниться. Каких же усилий мне это стоило.

Моя толстовка все еще была задрана до груди и Де Лука положил ладонь на мой обнаженный живот. Тут же ею поднимаясь выше, касаясь каждого миллиметра тела. Затем сжимая грудь и сквозь тонкую ткань лифчика, большим пальцем проводя по соску.

Я почувствовала то, насколько сильно его тело напряглось и уловила тяжелый выдох мне в губы, после которого Дарио вновь набросился на мои губы поцелуем. Уже теперь жестоким, грубым. Таким, от которого у меня перехватило дыхание и губы начало жечь.

Без возможности сопротивляться, вынужденная проявлять лишь подчинение, я ненавидела себя за то, что испытывала какую-то непонятную реакцию от близости с Дарио. Я сама не понимала, что это было. Раньше никогда подобного не испытывала. Радовалась тому, что пока что здравый смысл побеждал и страх, ненависть к Дарио были куда сильнее. Они уничтожали эту реакцию.

Этой ночью все закончилось лишь на поцелуях и на том, что Дарио исследовал каждый миллиметр моего тела. Пусть и делал это через одежду. Бесконечно долго. Жестоко. Давая прекрасно почувствовать, что это такое – его грубые руки на мне. Заставляя испытать то, что я раньше никогда не ощущала и чувствовать этого не желала. Не с ним.

***

Сидя на скамейке, я опять поднесла к губам стаканчик и сделала несколько глотков кофе. Учитывая то, что ночью я так и не смогла заснуть, казалось, что без него точно отключусь. Хотя, нет. Эмоции меня все еще пробирали куда мощнее кофеина.

Скосив взгляд вправо, я посмотрела на Дарио.

Мы все еще находились в Равелло. Ночь провели вместе в номере. Изначально Дарио предлагал поменять отель, но я, почувствовав от этого настороженность, отказалась. И, в итоге, очень сильно пожалела, ведь, как оказалось, Де Лука не собирался куда-либо уходить и нам пришлось вдвоем спать на той крошечной кровати.

И так, это была первая ночь в моей жизни, когда я спала на одной кровати с парнем.

Вот только я не спала. Скорее неподвижно лежала на боку, боясь пошевелиться. Из-за этого все тело затекло. Я жутко устала. Была измотанной.

Но зато я провела целые часы в полумраке смотря на Де Луку. Спящий он… лучше, чем не спящий. Во всяком случае, не вызывает хотя бы настолько сильных приступов страха. И выглядит непривычно расслабленным. Спокойным. Вот бы он почаще спал. И желательно подальше от меня.

Я опять отпила кофе.

Сейчас Дарио разговаривал с каким-то мужчиной лет сорока пяти. Этот верзила был одет в строгий костюм и совсем недавно вышел из недалеко припаркованного джипа. Учитывая то, что по отношению к Дарио он проявлял смиренную учтивость, я предположила, что это человек Каморры.

Интересно, сколько их сейчас в Равелло?

Еще двух я утром увидела рядом с гостиницей, когда мы с Дарио покидали ее. Они там стояли, как сторожевые псы, пока Де Лука не сказал тем громилам подготовить машину.

Закрыв глаза, я запрокинула голову. Боже, насколько же беспомощной я сейчас себя чувствовала. Словно сухой лист, который забросили в блендер. Еще немного и меня раскромсает на части. Может, это уже сейчас происходит.

Ведь почувствовать на себе внимание Каморры это все равно, что под поезд прыгнуть.

Телефон в кармане моей толстовки завибрировал и я, напрягшись, посмотрела на Дарио. Убедившись, что он стоит ко мне спиной, достала телефон.