К счастью, Макс быстро включается. Он профессиональный боец. Первым бросается вперед, разнимает схлестнувшихся Арса и Суворова. Остальные подтягиваются следом за ним. Растаскивают противников в разные стороны. Пусть не сразу, но справляются.

Правда, чувствуется, что стоит их отпустить — все продолжится. Еще жестче и страшнее.

— Забери свои слова обратно, — рявкает Арс.

— С хера ли? — грубо бросает Суворов.

— Я твой грязный язык вырву.

— За правду?

— Какой же ты подонок! — не выдерживаю и бросаю ему это в сердцах. — Нет, я понимала, какой ты. Мы же не просто так разошлись. Но чтобы лгать… о таком.

Качаю головой.

Наталкиваюсь на его взгляд. Колючий, злой. И еще эта его саркастическая ухмылка. Кривая, ядовитая.

— Даша? — голос Арса побуждает повернуться.

— Идем, — говорю, подходя ближе к нему, кладу руку на его плечо. — Я объясню.

Лживые слова Суворова задевают меня. Бьют по больному. Накрывает ощущение острой несправедливости.

Расстались мы с ним не на лучшей ноте. Но он уж точно не мог бы обвинить меня в том, о чем сейчас сказал. Сейчас мне страшно представить, как бы я себя чувствовала, если бы у нас и правда случилась близость.

Как хорошо, что я не перешла черту. Иначе мне было бы еще намного хуже. Будто сама судьба отвела меня от непоправимой ошибки.

А ведь и правда что-то всегда мешало, останавливало.

Но теперь есть другие причины для тревоги.

Арс — брат Суворова. И хоть я знаю, что мой парень практически не общается со своими родственниками, легче от этого не становится.

Теперь отрывки его рассказов всплывают в памяти, выстраиваясь в более четкую картину.

Арс говорил, что его родители развелись, когда они с братом были подростками. Им было лет по десять. Отец настоял на том, чтобы разделить детей.

Такая идея сразу показалась мне дикой.

Ну это же не дом, не какое-нибудь совместно нажитое имущество, чтобы взять и поделить.

— Мать забрала брата, — слова Арса отбиваются в голове эхом. — А я должен был остаться с отцом. Но так уж получилось, что я не оправдал его ожиданий. Поэтому едва мне исполнилось восемнадцать, убрался из дома, чтобы больше никого не разочаровывать.

За этими короткими фразами стояло тяжелое детство, о котором Арс практически не вспоминал или ограничивался ироничными фразами.

Я не задавала лишних вопросов. Как он сам не спрашивал меня о моем прошлом.

Когда я переехала в другой город, наш общий знакомый попросил Арса приглядывать за мной.

Сначала мне совсем не хотелось общения. Вообще. Ни с кем. После того, как Суворов цинично обошелся со мной, решила держаться подальше от парней. Сосредоточиться на учебе. Уйти с головой в книги.

Но как-то так получалось, что Арс всегда оказывался рядом. И если сперва это вызывало раздражение пополам с напряжением, то в один момент я вдруг поймала себя на мысли о том, что наше общение мне стало интересно.

Мы долго сближались. А теперь все развивается стремительно.

Арс уже сделал мне предложение выйти замуж. Рядом с ним чувствую себя хорошо. Все легко, будто само собой происходит.

Это полная противоположность моему прошлому печальному опыту.

И как я когда-то могла влюбиться в Суворова? Даже не хочу думать об этом. Сейчас сама себя не понимаю. Хорошо, что на моем пути появился Арсений.

3

Будто неведомая сила толкает в спину, заставляя меня отвернуться от Арса. На автомате слегка веду головой и застываю, обернувшись.

Суворов продолжает смотреть на нас. Вернее он смотрит на мою руку, на ладонь, которая сейчас лежит на плече Арса. Его брови хмуро сдвинуты. Желваки резко проступают. Челюсти настолько сильно стиснуты, что кажутся квадратными. От него исходит нечто темное, давящее. Какая-то пугающая энергетика пронизывает пространство вокруг. И его взгляд… не узнаю. В нем будто бездна открывается.

Наверное, удивляться здесь нечему.

Он и раньше поступал так, будто весь мир вращается вокруг него самого, вокруг его желаний. Теперь же все это ощущение только усиливается.

Конечно, прошло четыре года. За это время Суворов не мог не измениться. Как уже понятно, эта перемена в худшую сторону.

Жестокий. Злой. Циничный.

Похоже, все эти качества в нем были и раньше. Просто сейчас словно бы вышли на поверхность, стали гораздо более заметны.

Тревога вспыхивает внутри, потому что я осознаю, что понятия не имею, чего от него ждать. Но точно ничего хорошего.

А ведь и прежде некоторые его поступки пугали.

Что тогда говорить про сейчас?

Арс рядом. Это дает чувство защиты. Помогает хоть немного успокоиться. И я сама не замечаю, как мои пальцы еще сильнее сжимаются на его плече. Тут будто по негласной команде взгляд Суворова вспыхивает еще более недобрым огнем.

Но я вдруг отвлекаюсь от собственного волнения, замечая то, как за нами наблюдают все вокруг, как люди перешептываются.

Безобразная сцена произошла на глазах у всех.