В моём мире таких штук не было. Там использовали телеграф, а для срочной связи — переговорные кристаллы, заряженные праной. Богатые дома имели стационарные устройства, работающие на электричестве. Но они выглядели совсем иначе: большие коробки с трубкой и диском для набора номера.

Я кое-как протёр телефон простынёй и теперь пытался разобраться, как им пользоваться. Слышал разговоры об этой штуковине и понял, что с её помощью и смогу изучить мир.

Провёл пальцем по экрану, и изображение дрогнуло, поменялось. Никакой праны. Стекло просто реагировало на прикосновение. Интересно.

— Ты чего уставился на него, как баран на новые ворота? — недоумённо спросил Петрович.

— Головой ударился, — на ходу придумал я. — Плохо соображаю.

— Так вот оно в чём дело было, — съехидничал дедок. — Крепко ты, значит, ударился, доктор.

Я проигнорировал замечание. Иначе это бы переросло в конфликт, который мне сейчас не нужен.

Петрович посмотрел на меня с сочувствием. Было очень непривычно ощущать на себе такой взгляд.

— Слушай, а давай помогу тебе, — предложил он. — Расскажу, как пользоваться, освежу память, так сказать.

— Давай, спасибо, — коротко поблагодарил я, и дальше началось самое интересное.

Следующие два часа были довольно-таки образовательными. Петрович терпеливо объяснял, как включить телефон (нажать кнопку сбоку), как разблокировать экран (провести пальцем), как открыть приложения (коснуться картинки). Я старательно всё запоминал, делая вид, что просто вспоминаю забытое.

Хотя, судя по выражению лица Петровича, он мне не особо верил. Но наверняка подумал, что это последствия болезни или что-то другое. Всё-таки когда ты находишься в больнице, довольно просто объяснить своё странное поведение, его всегда можно списать на болячку. Конечно, в пределах разумного.

Правда, эти пределы в рамках нового мира я пока совершенно не понимал. Но старательно делал вид, что вокруг не происходит ничего ненормального.

Внутри телефона был целый мир. Сообщения от разных людей, фотографии. Какие-то программы с непонятными названиями: «браузер», «карты», «банк».

— Вот здесь у тебя интернет, — Петрович ткнул пальцем в значок. — Через него информацию любую найти можно. Что хочешь узнать — набираешь в поиске, и готово.

Интернет? Такого слова я раньше не слышал.

— Покажи, — попросил я.

Он открыл какую-то программу, появилось белое поле с надписью «Поиск». Петрович набрал «погода в Аткарске», и через секунду экран заполнился данными. Температура, осадки, прогноз на неделю.

Я уставился на экран. Это же как иметь библиотеку академии в кармане. Нет, даже больше. Намного больше! Открывается столько возможностей!

В моём мире, чтобы узнать погоду, надо было обращаться к погодному магу. Интересно, а как её прогнозируют здесь? Это надо будет через поиск спросить, как Петрович уйдёт.

Так, надеюсь, что мои запросы никто из правительства не отслеживает.

— Петрович, — решил я осторожно уточнить. — Слушай, а через телефон за мной следят, или я могу спрашивать у интернета что угодно?

Мужчина выпрямился и выпучил глаза. Так, похоже, что я сказал что-то странное.

— Ну-у, — протянул Петрович. — Официально — за тобой никто не следит. Но знаешь же, как бывает? Лучше ты это, осторожно там ищи. Всяких баб можно, а вот уже про бомбы — нет. Могут прийти и забрать, — последнее он произнёс шёпотом.

Он мне подмигнул, и я сразу понял намёк. Видимо, слежку от людей скрывают. Надо быть осторожнее. Но думаю, за поиск каких-то базовых вещей о мире меня не заберут.

Дальше Петрович показал мне карту города. Аткарск — так, видимо, назывался город, где я оказался. Об этом гласила надпись внизу экрана. Надо потом изучить его подробнее и выяснить, где находится императорский двор. Если он вообще тут есть.

— Вот и весь фокус, — Петрович довольно улыбнулся. — Ну что, начал вспоминать?

— Да, — солгал я. — Спасибо!

Когда Петрович лёг отдохнуть, я начал исследовать телефон самостоятельно. Пальцы были непослушными, толстыми, я несколько раз промазал мимо нужных кнопок. Экран то и дело гас, потому что я слишком долго думал над запросами. Надо же спрашивать так, чтобы меня после этого не забрали правоохранительные органы.

Но я упорно продолжал. Первым делом нашёл приложение под названием «Здоровье». Открыл и нашёл там записи. Рост сто семьдесят два сантиметра. Вес сто сорок килограмм. История измерений показывала, что полгода назад вес был сто тридцать два килограмма. Год назад — сто двадцать килограмм.

Предыдущий хозяин тела методично убивал себя.

Нашёл весь список своих диагнозов. Бронхиальная астма средней степени тяжести. Гипертоническая болезнь первой стадии. Преддиабет. Ожирение третьей степени. И всё это в двадцать пять лет.

Жалкий человек. Впрочем, теперь я в его шкуре, и лучше не стоит так говорить. Придётся теперь всё это разгребать, ведь я не хочу снова умереть в ближайшие пару лет. А может, и того раньше.