Конрад оценил его смелость.

И потому прикончил лично.

Огромная ладонь примарха легла ему на старческую голову — по неведомо какой причине облачённую в часть одежд священнослужителя.

Когда-то клирики на Ностромо ему тоже попытались объявить священную войну, и он их тогда вырезал. С тех пор у Кёрза к религии, тем более в честь отца, особенно ненавистное отношение. Даже если Император действительно заслуживал нынешней участи — полутрупа на троне, ставшего Богом, повелителем невежества и мракобесия, что тот так пытался искоренить. Ирония вновь его забавляло.

...Ну а тем временем голова священнослужителя разлетелась на множество кусочков, раздавленная его хваткой.

— Вы — опухоль. Вы — угроза. Вы — ничто. — коротко заявил Кёрз, чуя этот отвратительный запах Имматериума. — Сдержите с них кожу заживо, насадите на пики и высадите на зданиях так, чтобы утром их увидело большинство города-улья.

Тогда-то его сыновья и приступили к самой длинной части рейда. К кропотливой и гораздо более сложной работе, нежели убийство. К предоставлению доказательств того, что ждёт тех, кто преступит через всевозможные красные линии.

От проверяющих из Империума они знают как защититься, даже инквизиция давно уже стала для них предсказуемой и многие знали, как её отваживать или избегать. Но от него нет спасения, нет места, где можно спрятаться. Его нельзя переубедить или поколебать.

...Вмиг двинувшись, он ринулся вперёд с максимальной скоростью.

Снеся стену здания и оставив отпечаток своей ноги на камне, он подпрыгнул с такой прытью, что вмиг оказался на высоком здании и обеими руками, казалось, схватил воздух. Но нет, на месте обычной области над крышей стали проявляться синие перья, а следом за ними и двухголовый Повелитель Перемен.

— Кайрос. — оскалился Конрад настолько сколько, что схваченный обеими руками демон аж дрогнул. — Зачем пожаловал, тварь?

— Хр-р-р... Я... — прохрипел он, но было поздно.

Ведь в этом и заключался план Кёрза — заставить его отвечать на его вопрос, от чего демон Тзинча с их любовью к болтовне просто не мог отказаться. И тем самым сын Императора выиграл себе несколько секунд, которые демон мог потратить на заклинание.

И недолго думая, примарх Тёмных Рыцарей просто напросто впечатал колено в тщедушное тело лучшего слуги Тзинча, и вырвал обе его головы из тела.

Разумеется — Тзинч предусмотрел и это.

И именно смерть активировала телепортационный круг, которым был весь этот город-улей.

Но Кёрз, если можно было так сказать, переиграл его переигрывание, переигравшее его самого чуть ранее. Конрад всегда, всегда обладал превосходным умением смотреть в будущее, как и Сангвиний. Даже Магнус, несмотря на все свои психические способности, не был таким же мощным пророком.

Так что к неудовольствию Тзинча, в момент активации перехода прямиком в Варп, их корабль сделал несколько точных орбитальных залпов, к чертям разломав все здания-активаторы.

— Триста двадцать восьмая неудачна. — посмотрел примарх на истлевающий труп Кайроса. — Ты упорен, Тзинч. Но начинаешь терять хватку. Триста двадцать восемь раз ты не смог затащить меня к себе. Разве это перемены? Нет это стабильность, тварь. Стабильность.

Довольно улыбнувшись той самой улыбкой, от которой даже Астартес рискуют наложить в свои силовые доспехи, Кёрз прыгнул на следующее здание. Несомненно, это было лишь частью нового плана Тзинча, он в принципе не мог быть так прост. Но это и не важно.

Сейчас ему нужно прикончить местного губернатора.

И его дворец он уже видел. Как глазами, так и в ведениях, которые научился за эти годы не подавлять, но направлять. Знания ксеносов из Чёрной Библиотеки очень пригодились. Но Шуты были для него как на ладони, а их мотив прост. Чем сильнее Империум, тем больше Губительные Силы атакуют именно его, а не их жалкую вымирающую расу. Пускай. Пока их планы не мешают друг другу, Кёрз их не тронет — он знает, что такое благодарность за то, что он теперь может управлять своими видениями.

Этого не сделал Отец, занятый своими делами, а какие-то шуты... Эта вселенная продолжает удивлять своей жестокой иронией.

...Через оборону дворца губернатора он прошёл в кое-то веки незаметно. Он был высок по меркам людей и Астартес, но он был примархом. И этого было достаточно, чтобы обойти все системы слежения, многочисленные посты как обычных охраны, так и киборгов.

И явиться прямиком к губернатору, что заперся в подвале дворца, в огромном бункере.

Ох, как он вздрогнул!

Тот, кто решал судьбы миллиардов, тот, кто губил сотни миллионов в неэффективных производствах, тот, кто устроил на этой планете-улье древний мифологический ад...

Он задрожал, обоссался, заплакал и зарыдал.

— Простите... Пожалуйста... У меня многое есть... Я исправлюсь... Вот увидите... — словно ребёнок пред строгим отцом, пролепетал он, уткнувшись в пол лбом.

Но воплощенье ужаса на крыльях ночи его не простило.