Он глядел в дыры, напоминающие распахнутые рты, наблюдая за недавно осквернёнными Титанами Слаанеш, и заодно серьёзно размышлял.

О том, что ему поведали недавние гости, которых его послали убить... Но он не смог этого сделать. Враги трусливо сбежали... Но при этом всё равно подали интересную мысль.

Он стал слабым из-за того, что отверг Слаанеш, которую играла та... Солитёр? Он слабый из-за того, что горделиво не принял её дары?.. И она его за это наказала? Это звучало как предательство их договора, который зижделся не на полном подчинении — Эсканор лучше бы собственноручно вырвал своё сердце, нежели позволил попасть к кому-то в рабство. Их соглашение было взаимовыгодным, и точка.

Но если... Если Слаанеш посмела его проклясть за то, что он не обратился в демона-принца... И оттого он фактически проиграл (ведь их не убил) каким-то жалким ксеносам?

Нахмурив могучие брови, Чемпион Тёмного Бога принялся спускаться по облаченной в плоть лестнице, спускающейся глубоко вниз. Всюду из стен торчали щупальца, зачастую оканчиваясь половыми органами — как мужскими, так и женскими. Они даже попытались было коснуться его тела, как то делали с различными демонами здесь — но один лишь взгляд насыщенных фиолетовых глаз заставил их резко прижаться к стенам, не смея прикасаться к самому могущественному из сторонников Слаанеш.

Да, сторонников, не слуг.

Он убьёт любого демона, кто посмеет так его назвать... Как убил уже десятки Хранителей Тайн, отправляя их на перерождение задумываться о своём обращении к нему, Эсканору Солару!..

После этого они прекратили маяться глупостью, и в их глазах поселился страх — настоящий, не вызывающий даже привычного им мазохизма. Ибо не было ничего неприятнее, нежели унизительная быстрая смерть, не приносящая им удовольствий. Удовольствий, которые они больше не смели пытаться ему предложить — их он находил не в местных ничтожных извращениях, а в славном и совершенном делом мести, которое он уже тысячелетиями несёт, разрушая государство своего Отца, предавшего Солара при первой же их встрече.

— Хр-р... — едва слышно зарычал примарх, когда к нему пришли воспоминания о тех днях.

Не-е-ет, он не уничтожит этот клятый Империум и Терру напрямую. Он заставит его рухнуть под собственным весом, дабы сидящий на Золотом Троне полутруп перед своей гибелью испытал настоящее отчаянье от крушения всего, чего строил, и ради чего до сих пор живёт и жертвует своим телом — вот в чём заключается истинное Удовольствие и Наслаждение, а не в примитивных в своей сути извращениях.

И для успешной реализации этого, ему нужны ответы. Как он сможет сокрушить остальных братьев и всё их прогнившее государство, если не может победить несколько противников? Он стал слабее, в этом сомнений никаких нет... Соответственно, ему нужен разговор... С тем, кто может знать ответы. С тем, кто настолько хорошо знает Варп, как не знает его даже сам Эсканор, которого Слаанеш никогда не посвящала в глубинные тайны... Да и он сам не то чтобы этим интересовался, преследуя другую цель в жизни.

Но услышав об этом человеке, впечатлился даже примарх. Гордыни ему было не занимать, а это уже привлекло внимание чемпиона Слаанеш.

...Вот, длинная лестница ведущая буквально в Глубины Наслаждений — так буквально называлось это место, наконец-то окончилась.

Огромная гора плоти, представляющая из себя дверь, предстала перед гигантским мужчиной, и... Заговорила тысячей голосов — таков был привратник тюрьмы Слаанеш, где раскалывали даже самых упёртых пленников... Порой к этому делу присоединялся лично один из аватаров Божества Совершенства и Наслаждений.

—...О славный чемпион... Мускулистый-мускулистый-мускулистый... Подтянутый-подтянутый-подтянутый... М-м-м-м... — тысячи женских и мужских голосов произносили это одновременно, исторгаясь из тысяч ртов и губ.

И был в их голосах лишь чистый восторг и буквально кожей ощущаемая похоть, в целом не особенно интересная Эсканору. Была у него небольшая проблема, хотя он был не против подарить свою милость тем женщинам, что устраивали его совершенные вкусы. Но увы, Труп на Троне был несовершенен, когда создавал его и братьев — оттого Эсканор был вынужден печально подмечать, что это был единственный небольшой моментик несовершенства... Впрочем, на остальное положение дел не влияющий.

— Пропусти меня, привратник. Немедля. — тут же бросил примарх, требовательно уставившись вперёд и сложив руки на обнаженной груди.

Что-что, а его мышцы были также совершенны, как и он сам!.. Он, что в отличии от глупцов, своей гордыней не страдает, а наслаждается... Так что когда ему посмели возразить, появившийся гнев не заставил уничтожить это создание.

— О... Зачем... Зачем-зачем-зачем тебе туда? Ты никогда не интересовался-интересовался-интересовался этим местом! — раздались голоса вновь, как раз и разгневавшие примарха.