Однако... В голову так и не желало ничего приходить... Вот даже ни малейшего намёка. Но пока что это ничего не означало — по количеству персонажей, оказавшихся реальными личностями, Молот Войны был как бы не на первом месте. Всех упомнить физически невозможно.

Так или иначе, доложить Цегораху о произошедшем необходимо. Пускай у божественного начальства голова болит, а мы тут лишь исполнители, да!..

Вновь переглянувшись с Убийственной Усмешкой, мы кивнули друг другу, и вновь нацепив маскировку, мы неспешно направились обратно к порталу в Паутину.

memes:

Интерлюдия. Великий Крестовый Поход.

Прим. автора: ахтунг!!! Шкала пафоса в этой интерлюдии зашкаливает. Автор предупредил.

798.M30. Тридцатый Миллениум.

Сегментум Солар. Солнечная Система. Святая Терра.

Неопределённое количество времени спустя.

Терра.

Ох, как много было в этом слове.

Колыбель человечества, самый его густонаселённый мир даже после всех войн и бедствий. Последние хоть и стихли в последние годы, но поглощенная тысячами лет ядерных войн планета окончательно превратилась из прекрасного мира-сада в пустынный, бесплодный и загрязненный ад.

Если бы кто-то имел возможность наблюдать за ней с орбиты, то он увидел лишь грязно-жёлтый шар, медленно плывущий по безвоздушному пространству.

Но тем не менее, это всё ещё был родной мир человечества, ставший столицей Империума Человечества, что начинал своё восхождение.

Отправной точкой послужило одно единственное событие, ознаменовавшее начало величайшего действа в истории человечества за всю Тёмную Эру Технологий, последовавшую со времён падения Федерации Человечества из-за восстания ИИ.

Оно произошло где-то на территории Евразии, давно испещрённой взрывами сотен и тысяч ядерных бомб и иных видов оружий, безвозвратно изменивших её карту и пейзажи, собирались миллионы, даже сотни миллионов наиболее цивилизованных людей. Тех, кто присоединился к Империуму Человечества и возвысился среди членов правительства, благородных семей, армии, науки... Словом, всех, кто хоть сколько-то служил подчинившему планету и её спутник государству.

Чудовищно огромная площадь, раскинувшаяся на сотни и тысячи километров во все стороны.

Здесь можно было уместить несколько карликовых государств времён конца Второго Миллениума, но вместо страны, это место целиком и полностью было занято людьми. В этот момент все, от первейших воинов до последних бюрократов были вынуждены стоять на своих двух ногах.

Или четырёх, в случае некоторых Адептус Механикус.

Для организации этого события, призванного дать людям здесь очутиться и не задавить друг друга, были брошены силы лучших управленцев молодого государства.

Этим событием показывался и доносился до каждого тот факт, что каждый человек равен в глазах того, кто облачился в мантию правителя всего Человечества.

Он шёл.

И неизвестным образом Его величественный лик был виден каждому из миллионов людей, занявших эту площадь.

Черты Его благородного лица были как у людей, родившихся в диких землях Древней Евразии. Его кожа была цвета терранской бронзы и жжёной умбры, Его глаза — ещё темнее, а волосы — самыми тёмными. Ниспадавшие длинные волосы удерживала простая корона-венец из металлических листьев, схожая с теми, что носили диктаторы одной терранской Империи десятки тысяч лет назад.

Он двигался к площади, целиком и полностью замершей от Его великого образа.

Он был облачён в золото, как и все Его хранители, шествующие за ним, были облачены в золото.

Те же самые символы Единства Терры и имперского дворянства, что украшали их броню, троекратно украшали и Его. Суставы Его доспеха не рычали грубым промышленным рёвом массово производимой брони новых суперсолдат, Адептус Астартес, а урчали песнь более старых и совершенных технологий.

За спиной на простом ремне поверх красного плаща висел украшенный болтер, чёрный и бронзовый... Одно из величайших Его орудий, вызывающее непрерывное и донельзя восхищённое бормотание всех без исключения собравшихся Адептус Механикус на двоичном языке.

Никто из собравшихся людей не мог заставить себя встретиться с пристальным взглядом столь великого существа, но каждый из них чувствовал его на себе во всей полноте, оценивающий и изучающий.

Словно Он изучал каждого из собравшихся, как совместно — так и по отдельности.

В один момент Он остановился на возвышении, которого, казалось, раньше на том месте и вовсе не существовало.

...Его великий рост увеличился ещё немного, и пусть даже этого бы не хватило, чтобы самые дальние ряды увидели величественную фигуру Повелителя Человечества — неким сверхъестественным образом Он всё равно был доступен им для лицезрения.

Позднее это объяснялось просто.

Он был настолько сильно возлюблен человечеством, что каждый из людей мог видеть Его.