— Отнюдь. — спокойно и даже невозмутимо выдержал мою слегка раздражённую речь Провидец Ультве. — В этот рад переговоры буду вести я, от вас требуется лишь... Сопровождение. Я не могу предсказать исход переговоров, линий будущего слишком много, и вероятность реализации каждой из них слишком одинакова с другими... Примарх мон-кей слишком размыт, словно призрак в Варпе. Но в случае, всё-таки негативного исхода событий, ваш опыт в деле выживания против лучших творений людского Императора, может быть очень полезен.

— А именно так и будет. Люди повторяют наши ошибки — порой слишком высокомерны, чтобы терпеливо кого-либо выслушивать. — пожимаю плечами, не особо веря, что мои попытки отговорить Ультрана что-то дадут. Тот реально желает предупредить о Хорусе и Ереси, и не остановится, пока ему не дадут отворот-поворот.

Но это даже хорошо, что его не послушают. Я совершенно не желаю знать, какой новый хитроумный план используют Тёмные Боги, чтобы всё равно воплотить эту самую Ересь. Избежать её... Ну, раз даже Император, столь могущественный и знающий, не смог, куда там лезть попаданцу, ныне эльдару-Арлекину? Я не из той их когорты, которая думает, будто она умнее всех Тёмных Богов и эквивалентным им сущностям.

— Даже если так и будет, попытка не считается пыткой. — ожидаемо отозвался Эльдрад, прикрывая глаза с нотками печали. — Значит, вы даёте свой отказ, Ведающий Шутник?

— Нет. — дёрнул я плечом. — Мой ответ будет в любом случае положительным. Хотя бы по той причине, что вы слишком важный персонаж Великого Спектакля под названием История, чтобы дать вам возможность погибнуть вследствие попытки предупредить об угрозе.

— Вы тоже об этом знаете. — сделал закономерный вывод Ультран, едва слышно выдохнув. — О том, что этот человек сыграет большую роль в будущих событиях. Однако... Знаете ли вы, будет ли он на стороне добра или зла?

— Что ведает Цегорах, знает лишь Великий Шут. А что ведает Смеющийся Бог, знает лишь Цегорах. — пожав плечами, отозвался я с ухмылочкой, и переводя все стрелки на бога.

Он жрёт вон с ситуации, со мною связанной, так что пускай хоть в роли громоотвода поработает. Эльдрад похоже не всё знает, и не стоит ему давать возможность узнать.

— Полагаю, тогда договор заключен. Я извещу вас, когда соберу все силы на случай... Негативного исхода событий. — удовлетворённо кивнул Провидец, слегка склонив голову. — Да пребудет с вами Смеющийся Бог.

—...и да охранят ваши души Слёзы Иши. — эхом отозвался я в ответ, заканчивая довольно новое, но уже ставшее популярным прощание.

Эльдрад поднялся со своего места за резным деревянным столом, и спокойно покинул помещение. А я погрузился в ту смесь воспоминаний из прошлой жизни и информации, полученной уже в этой.

Фулгрим вроде как должен быть совращён каким-то там демоническим мечом, оттого закономерно откажет в любых подозрениях из-за повысившегося Чувства Собственной Важности, которое у него и так было немаленьким.

Вообще, я мог бы и отказать... Но во-первых, надо убедиться что у Ультрана действительно ничего не выйдет, а во-вторых — не дать аватару Кхейна помереть от рук Фулгрима. Мало того, что смерти от последнего часть божества не заслуживает, вот уж от кого-кого, но не от Фулгрима. Так ещё и аватары Кхейна нужны в рамках Великой Шутки. Для шуток всегда требуется подготовка, долгая и кропотливая — а для Великой нужна такая подготовка, что ого-го...

— Что-ж, пора посетить самый могущественный из миров-кораблей, не так-ли? — обращаюсь к Убийственной Насмешке, вышедшей из тайной, незаметной в обилии местных цветов, двери. — Как-то не вышло у нас за всё это время приобщиться к этой части нашего народа... Даже интересно, настолько их жизнь отличалась от дней на наших столичных планетах, до того как Культы Удовольствий поглотили их целиком.

— Интересно. — коротко подтвердила она, не убивая с лица задумчивого выражения. — Очень интересно...

***

Несколько недель спустя.

Мир-корабль Ультве.

Наш корабль приближался к миру-кораблю Ультве, который предстал перед нами во всём своём великолепии.

Да, можно было бы спокойно пройти внутрь через портал Паутины, однако никогда не стоит упускать насладиться чем-то эстетически красивым — это было врождённое чувство эльдар, которое в ослабленном виде есть и у меня. Я не отдаюсь ему полностью, но и утолять его время от времени стоит.

К тому же... Это действительно было фантастично.

Вон, моя напарница и вовсе широко распахнутыми глазами глядит на это огромное чудо эльдарской мысли, почти что прилипнув к прозрачному психоактивному стеклу пилотской кабины.

Да и Фенрир завороженно глядел вверх, уместившись пушистым пузом у меня на коленях.

— Пойдём. — бросаю я, когда мы уже прибыли к открывшемуся проходу в недра мира-корабля. — Нам стоит предстать перед собратьями с Ультве в лучшем своём виде. Арлекины среди простых аэльдари должны оставаться тайной, неизвестной шуткой, и пусть только Эльдрад знает о том, что мы можем быть такими же простыми эльдар, как и они.

— Да... Тайна и шутка. — открыто усмехнулась эльдарка, надевая на лицо маску, сокрывшую всё, кроме глаз, сейчас не закрытых линзами той же самой маски.

Проделав аналогичное, я через несколько минут уже выскакивал в акробатическом трюке из открывшейся кабины судна.