Вероятно, для Империума и всего человечества было бы лучше, если их истребили вместе с городом, вместе с тем, что составляло порядочную часть их жизни. Ведь за прошедшее столетие целые поколения успели родиться, вырасти и умереть в вере в Бога-Императора.

Бога-Императора, в котором потихоньку начали разочаровываться целые миллиарды людей.

Но даже они все были ничем по сравнению с тем, какое разочарование испытывал он.

Сын Императора. Возлюбленного им бога, чьё имя и веру в которого он нёс всё время Великого Крестового Похода... И чей отец не запрещал всё это время распространение Веры Несущими слово... Но теперь он решил дать сыну урок, чрезвычайно жестокий, и по мнению примарха, абсолютно несправедливый. Как его отец может быть кем-то, кроме как Богом?

Он помнил их первую встречу. Собственные ощущения от той мощи, что исторгала из себя титаническая фигура в золотых латах. Как он может отрицать свою божественность? Это всё равно, что будучи человеком, называть себя проклятым ксеносом!

Абсолютная нелепица.

Однако Лорган не был каким-нибудь Ангроном. Он был куда более миролюбивой личностью, нежели иные свои братья. И вместо ярости, испытал глубокое разочарование и меланхолию.

Они заставили его задаваться вопросами.

Что он был без веры, которую он впитал с момента своего приземления на Колхиде?

Он помнил жестокие слова Императора, вынесенные на общее обозрение. Перед чужим легионом, перед Ультрадесантниками. Перед миллионами и миллиардами жителей монархии. Не произнесённые тайно, дабы не выносить сор из избы.

Нет, это была показательная порка, показывающая, что даже примарх не свободен от оков Имперских Истин.

Порка, которая могла сработать, очень хорошо сработать — но от этого она не становилась легче для тех, кого и пороли.

Император считал, что спас Империум от религиозной заразы, от впадения его государства в невежество... Он спас остальных, но подтолкнул других. Пожертвовал меньшим ради большего, вот только... Это самое меньшее всё ещё было живо. И желало услышать от своего лидера дальнейшего пути, который им он всегда указывал.

Лидер, которого заставили искать ответы.

И он их получил.

От тех, кто был рядом с ним большую часть жизни.

Лоргар Аврелиан на руинах своего совершенного города сидел вместе с ближайшими к нему Астартес — Кор Фаэроном и Эребом, которые потихоньку начали говорить о Старой Вере колхиды.

О том, что отголоски её находили в различных мирах, различных культурах, уничтоженных Несущими Слово.

О том, что это не просто так.

Чтобы победить врага — нужно его знать в лицо. Древняя, как сам Император, истина. Но почему-то совершенно им забытая.

В тот день, в момент сожжения Монархии стал писаться новый труд, по новой вере. В тот момент началась самая великая Ересь в истории человечества, которую в пору было бы назвать в честь совсем другого человека.

Человека, что начал писать революционный для Империума трактат.

Новое Слово.

memes:

(Вообще, здесь должен был быть другой мем, но он уже есть в комментах. Так что будет этот:)

Глава №25. Ярость, Резня и Война. Джон Грамматикус.

Прим. автора: следующая прода в следующую полночь. Ребзя, я вообще крайне редко такое спрашиваю, но... Хде лайки, хде они? Нас тут семь тысяч человек, минимум! Тыкните, мб кто-то забыл. Автору будет приятно, и чего уж скрывать, простимулирует на дальнейшие ежедневные проды. Больше смехуёчков будет в следующей главе.

966.M30. Тридцатый Миллениум.

Сегментум Обскурус.

Солнечные циклы спустя.

Ведающий Шутник.

— Как же офигенно использовать кучку варваров низшей расы для уничтожения твоих врагов, мья-ха-ха-ха!.. — обретаясь в кабине тяжелого МЛА-невидимки, расположившегося в отдалении от имперского флота, я довольно потирал ручки.

— А я всё думала, когда же ты проявишь свою эльфячью натуру, шут. — раздался весёлый такой голос Ульяны, сидящей позади нас с Убийственной Насмешкой, которая без всякого стеснения уместилась у меня на коленях.

И уложила свою голову мне на грудь, куда уж без этого? Ей не был интересен вид Пожирателей Миров, нападающих на один из миров Кабала.

— Ещё скажи, что сыны Ангрона — не варвары. — хмыкнул я, продолжая глядеть на показатели сенсоров, а также психический экран, на который выводились данные с камер малых дронов, которые управлялись с помощью тонких нитей психической энергии.

— Этого я не говорила, и вообще не понимаю, как он таких допустил к тому, к чему стремился множество тысячелетий... — я не видел этого, но судя по едва заметному звуку, Вечная покачала головой. — Впрочем, ладно. Для своих целей они годятся, и мы сможем под шумок спросить с Кабала. Не думала я, что в нём объединится целая ксенофобная компания из всех тех, кто считают окружающих не достойными жизни. Эльдар-националисты, хруды, деградировавший потомок одного из Древних, мои собратья-Вечные... Чудеса, одним словом.

— Их уничтожение необходимо. — твёрдо бросаю я, наблюдая за тем как линкоры и крейсера поливают защитные станции залпами своих орудий.