– То есть лифт как средство облегчения вашей жизни и снижения нагрузок – это правильно, а культиватор, который служит для того же, только на огороде – это другое? – Таня говорила дружелюбно, спокойно улыбалась, никакой агрессии или раздражения в её тоне не было, так что Галина даже не сразу поняла, что выглядит-то она глупо!

Правда, ей на помощь тут же поспешил брат:

– Татьяна, вы неправы! Галя – женщина, а Ванька – молодой мужик, он обязан уметь руками работать! А он – слабак слабаком!

– А вы всё-всё умеете? – повернулась к нему Таня, восторженно улыбнувшись.

– Я – да! – гордо кивнул Василий Иванович.

– И делаете?

– Конечно! – отца Ивана можно было хоть сейчас как памятник ставить на пьедестал – готовый символ «отца-во-всём-маладца».

– А машину вы всегда сами ремонтируете? – Татьяна покосилась на внедорожник, стоящий у дома. – Наверное и до автосервиса сами её толкаете – это же очень хорошая нагрузка!

– Эээ… нет, но…

– А что так? Мужчина же должен всё-всё сам уметь и делать руками, правда?

– Вася, Танечка тебя уела и правильно сделала! – выглянула из окна Ванина мама. – Илья, возьми, пожалуйста, остальные сумки, которые Ваня привёз, и неси в кухню!

– И всё-таки Ванька – слабак! – выдал Василий Иванович.

– Вот уж нет! – покачала головой Таня. – Просто он разумно подходит к делу – зачем тратить силы, время и здоровье на то, что можно сделать проще и легче?

– Ааа, понятно! – выдала Галина Ивановна. – Вы, девушка, небось из таких же как Иван – белоручка, которая только и умеет по кнопочкам выстукивать?

– Я? Ну что вы! – улыбка Тани стала лучезарной. – Я – ветеринар!

– Чего? Ветери… – протянула тётка, а потом, решив, что наконец-то верно определила вид Таниных занятий, фыркнула: – Небось, только с кошками да мелкими собаками работаете?

– Нет, – Татьяна пожала плечами. – Работаю с разными животными. Очень разными. Недавно вообще к верблюду вызывали.

– Чего? Да кто ж в городе верблюдов держит?

– Зачем в городе? В Подмосковье держат кое-где. Меня туда и вызывали, – Таня прихватила остаток сумок – там ничего тяжёлого не было, так что ей было проще отнести, чем ждать, пока тётушка опять соберётся с мыслями и начнёт новые расспросы.

На кухне суетилась Ванина мама, выкладывая из сумок привезённые Иваном деликатесы, и одновременно занимаясь приготовлением завтрака.

– Давайте я вам помогу, – предложила Татьяна. – Что нужно сделать?

– Что вы, ничего не нужно, если хотите – можете с Ванечкой пойти прогуляться или в беседке посидеть. Отдыхайте! Я сама всё сделаю.

– Вижу я, как ты сама! – проворчал Иван, покосившись на Татьяну и отнимая у матери нож. – Тань, может, правда, в беседке посидишь… А я пока мясо сделаю.

– Если я к вам присоединюсь, мы же все быстрее это сделаем, – резонно заметила Татьяна, ловко перехватывая у замотанной женщины миску с овощами. – Давайте я почищу и порежу.

– Так, значит… – прокомментировал Василий Иванович, когда заглянул в кухню. – Так-так…

Что уж там… девушка, приехавшая с Ванькой, ему с ходу… нахамить не нахамила, конечно, но согласия с его словами не выразила. С одной стороны, это раздражало, а с другой – как ни странно, вызвало некое даже уважение – он ценил людей с характером, хоть и в упор не замечал наличие такового у сына.

– За Ваньку горой стоит. Это хорошо! А ещё – вон, пошла помогать, а не в гамаке валяться, как Алина.

Опять же, у них в доме гости вовсе не были обязаны что-то делать – это непорядок – гостей работой навьючивать. Но если приехавший в гости человек брал и по своей воле помогал хозяевам, то это опять же замечалось и очень ценилось.

Результатом этих рассуждений было высказывание Василия Ивановича:

– Хм… вот Ванька-то хлюпик и слабак, а какую девушку привёз!

Конечно, с этим не могла согласиться его сестра – она вообще редко с кем-то соглашалась, потому что единственно верным было её мнение.

– Ой, да что там «какую». Обычная ветеринарша, да ещё с претензиями! Тебе сразу надерзила, мне нахамила, а теперь пошла подлизываться к Нинке! Небось, зарабатывает копейки, вот и прилипла к Ваньке! Аааай! – взвизгнула она, схватившись за голову, на которую почему-то прилетела гнилая кочерыжка.

Любой человек, имевший дело с крестоцветными, знает, что при всех бесчисленных достоинствах у этих растений есть одна пакостная черта – если уж они подгнивают, то воняют абсолютно омерзительно!

Именно так и думал Вран, очищая лапой клюв.

– Мееерзость какая! Фррр… надеюсь, тётка оценила, как я подобрал ароматы – ровно под то, что вылетает из её клюва!

Галина «оценила» однозначно – вереща и отбрасывая от себя склизкие сгустки, она пыталась стряхнуть с волос непонятно откуда прилетевшую гадость. И тем «радостнее» было ей услышать: