– Никита! Прросыпайся! Мы прриехали! – черноволосый парень, который вообще-то вовсе и не парень, убрал руку от его крыла и открыл дверцу.

– Где мы? – прокаркал Никита, изумлённо озираясь.

– В гарраже. Машину оставим здесь, а сейчас пошли, я тебя прровожу к человеку, который может помочь или, по кррайней мерре, подсказать, что делать!

Никогда в жизни Никита Иванович Неместов не попадал в такую немыслимую ситуацию, но деваться было некуда – он неловко перепрыгнул рычаг переключения скоростей, перебираясь на водительское сидение, а потом вывалился из машины, едва не стукнув носом об пол.

– Н-да… пока с перремещениями у тебя не очень. Но ты не ррасстрраивайся! – добродушно окликнул его черноволосый. – Всё прриходит с опытом.

***

Соколовский вообще-то в гостиницу не собирался – был на вечеринке, куда его чуть ли не силой вытащил его агент Вася. Василий очень переживал о том, что Филипп впадёт в депрессию или с ним что-то случится из-за трагедии с его возлюбленной Эвил, вот он и старался хоть как-то развлекать актёра.

Вечеринка была как две капли воды похожа на все ей подобные, Соколовский откровенно скучал, без малейшего усилия изображал сдержанную скорбь и безграничную тоску по «безвременно ушедшей невесте», посмеиваясь про себя над тем, что было бы, если б собравшиеся знали, кем была эта самая невеста и насколько хорошо она себя сейчас чувствует после «трагедии в горах», благодаря которой Эвил вернулась домой с настоящим женихом.

А вот когда Вран ему сообщил о найденном вороне, Сокол заинтересовался:

– Само собой, этот несчастный влез на территорию какой-то из моих дальних родственниц, но зачем ей так уж заморачиваться? Очень добрая? – засомневался Соколовский. – Вот уж вряд ли… за ягишнами такого не водится вообще-то. Тогда зачем? Съела бы, и вся недолга! Хотя, может, желудок боится испортить? Кто их знает, этих бизнесменов, что они едят и что пьют? Так слопает почтенная женщина добра молодца на ужин, а потом будет животом маяться. Ну ладно, есть не захотела, так заморочила бы, чтоб он вообще не нашёл к ней дороги! Женщины… вот уж как выдумает – не распутать! Ладно. Поеду уточню, что там за ворон такой!

Он технично смылся из клуба, где проводилась вечеринка, и приехал в гостиницу, застав там очередную бытовую сценку из жизни норушного дома – гуси, забавно шлёпая лапами по ступенькам, забирались вверх на площадку, потом, громко хлопая крыльями, чуть подлетали, усаживались на перила, а потом с восторженным гоготом съезжали вниз.

Если бы Сокол вошёл в парадную дверь, то, разумеется, они бы прекратили это занятие с ходу, но он заехал в гараж, оставил там машину и, войдя через заднюю дверь, обнаружил эти импровизированные горки.

– Прелестно, просто прелестно! – Соколовский пару раз хлопнул в ладоши, и оба гуся грянулись охвостьями об пол, моментально изобразив служебное рвение, то есть принимая боевую форму. – Стоит мне выйти за порог, как вы тут аттракционы устраиваете? – сухо уточнил он.

– Ой, Филипп Иванович, – голос Татьяны заставил его поднять голову. – Не ругайте их, пожалуйста, это я немного похулиганила и съехала по перилам, а они увидели и…

– И который час уже развлекаются? – понимающе уточнил Сокол.

– Эээ, некоторый… – смутилась его ветеринар. – Всё равно, это же я начала…

– Ой, избалуете мне сторожей! – пожурил её Филипп, строго покосившись на гусей. – А ну брысь отсюда! Стоят и неприлично подслушивают!

Гусей как ветром сдуло, а Филипп степенно отправился на второй этаж, прикидывая, куда бы разместить нового «ворона» и как обустроить быт, чтобы этот чудак не наворотил дел.

– Танечка, у меня весточка от Врана, – начал он издалека.

– С ним всё хорошо?

– Да, прекрасно. Он уже скоро приедет.

– Приедет? – удивилась Таня. – А почему не прилетит?

– Потому, что наш многообещающий вороний юноша по пути в Москву подобрал кое-кого… Не мышонка, не лягушку, а неведому зверушку, – рассмеялся Соколовский.

– Ещё более неведому, чем тут у нас? – насторожилась Татьяна.

– Ну что вы! Наши-то все известные вдоль и поперёк… Кстати, а почему это у нас Гудини поперёк себя шире стал? – удивился Сокол, узрев карбыша, странно увеличившегося в районе щёк.

– Багет тащит, – охотно пояснила Таня. – Багет, который я купила, но уронила на лестнице – пакет порвался. Гудочек очень обрадовался – он никогда таких длинных батонов не видел, вот и выпросил его себе, но почему-то не хочет закладывать за щеку как обычно, а носит вот так…

– С ума сойти! Чем дальше по коридору, тем страннее карбыши! – вздохнул Сокол. – Впрочем, я вам сейчас про ещё более странную ситуацию расскажу – наш Вран не просто зверушку отыскал, а типа, который был человеком, сейчас стал вороном, а к утру опять будет человеком. До вечера.

– А потом… боюсь спросить… он что, опять станет вороном? – опешила Татьяна.

– Именно так! В корень зрите!

– И почему же это с ним случилось?