Хасэгава заговорил еще тише и куда менее уверенно, чем до этого, – от его невозмутимости мало что осталось, а веселость вообще исчезла без следа.

– А я-то зачем была нужна?

Мне так и не удалось понять его странные объяснения. Если он действительно хотел поговорить с… душой Кадзуо, то должен был торопиться. Иначе мог… не успеть.

Воспоминания об Араи задели старые, но еще не зажившие раны. Но я была уверена, что если – или же когда? – Араи отыщет Хасэгаву, он не убьет его, пока тот действительно не поможет Кадзуо. Араи обещал. Вот только…

Вряд ли он будет долго ждать.

Но Хасэгава не стал тянуть. Я даже не знала, задумывался ли он об Араи и о том, что находящийся без сознания и вне тела Кадзуо может стать причиной, почему сам Хасэгава проживет чуть дольше.

Услышав мой вопрос, он помедлил, но ответил весьма прямо:

– Я бы не решился отправиться к Кадзуо-куну в одиночку.

Я прикрыла глаза. Как бы я ни хотела поддержать Кадзуо, я не сомневалась, что свой разговор с Хаттори Исао он захочет провести без свидетелей. А ответ Хасэгавы привел меня в смятение, хоть я и поняла, что он имел в виду, говоря о решимости.

Все оставшееся время мы молчали и наконец добрались до нужной станции, к моему счастью, без пересадок. Хасэгава вновь казался воплощением спокойствия и непринужденности, разве что не улыбался, а вот я с трудом скрывала беспокойство, опасно граничащее со страхом. Хоть я и не позволяла себе думать о чем-то подобном… Но в глубине души боялась, что Кадзуо уже мог умереть.

И эта мысль была куда страшнее встречи с Тэкэ-тэкэ.

Погрузившись в свои переживания, я даже не следила, куда меня ведет Хасэгава. А он весьма уверенно шел по направлению к нужному выходу, не обращая внимания на вывески и указатели. Видимо, или сразу же запомнил путь, или же приходил к нужной больнице куда чаще одного раза.

Приближаясь к нужному зданию, я нервничала все больше и шла все быстрее. Хотя мне и так приходилось стараться, чтобы поспевать за широкими шагами Хасэгавы.

Пройдя сквозь первые двери, я тут же огляделась, чтобы понять, куда идти или к кому лучше обратиться.

– Ты ведь знаешь… – начала было я, оглядывая зал, но замолчала.

Я увидела Кадзуо.

Сначала я не поверила своим глазам, а затем ощутила поток радости и облегчения, затопивший меня, заставивший на несколько мгновений задержать дыхание. И, только почувствовав головокружение, я шумно вздохнула.

– Кадзуо, – прошептала я.

Хасэгава услышал и тут же проследил за моим взглядом.

Кадзуо стоял у стойки регистрации. Хмурый и бледный, в простых брюках и футболке, со спортивной сумкой на плече – но такой знакомый. Это был он.

И он пришел в себя. Кадзуо не просто жив. Он здоров. Ну, может, и не совсем здоров, но уже не в коме и даже выписывается из больницы. Я не могла поверить своему счастью. Сердце билось все быстрее, а к глазам подступили слезы.

Кивнув и сказав что-то сотруднице, Кадзуо отошел от стойки регистрации и направился к выходу. Мы с Хасэгавой тут же поспешили к нему – я едва не столкнулась с женщиной, которая тоже куда-то торопилась, – а затем остановились прямо перед Кадзуо. Хасэгава оставался на шаг позади меня.

– Кадзуо! – окликнула я. – Ты в порядке! Ты очнулся!

Я не сдержалась, хотя на самом деле даже не пыталась сдержаться, и обняла Кадзуо. Он рядом. Он жив. И вновь стал человеком.

Спустя пару мгновений тишины я почувствовала, как Кадзуо осторожно, но крепко сжал мои плечи и отстранил меня от себя. Не обратив на это внимания, я с улыбкой посмотрела в его лицо.

Кадзуо же смотрел на меня с удивлением. Точнее… С недоумением. Отпустив мои плечи, он сделал шаг назад и окинул меня внимательным взглядом, а затем перевел его на Хасэгаву. И взгляд Кадзуо, как и выражение его лица, в это время оставался все таким же – я не увидела изменений, не увидела тех чувств и эмоций, что могли бы, нет, должны были проявиться, стоило ему увидеть меня или Хасэгаву. И тем более – нас обоих рядом.

– Мы ведь… незнакомы.

Глава 2 来る者は拒まず、行く者は追わず За тем, кто уходит, не бегай; того, кто приходит, не гони

Слова Кадзуо ударили по мне, хотя я и не сразу поняла их смысл.

«Мы ведь незнакомы».

Я помотала головой, но понимание все не приходило. Я в замешательстве уставилась на Кадзуо, не зная, что ему на это сказать, а он смотрел на меня в ответ… холодно. С легким недовольством. И вопросительно.

Я могла бы подумать, что Кадзуо решил пошутить. Разыграть меня. Хоть такая шутка и не была в его характере, особенно после того, что мы пережили, после того, как расстались. Все равно я могла бы в это поверить. Более того, в тот момент я надеялась, что Кадзуо решил поиздеваться надо мной. И я бы даже рассмеялась. И не стала бы злиться…

Только бы он прекратил смотреть на меня так, словно действительно не знал меня. Словно мы действительно никогда с ним не говорили. Не держались за руки. Не делились секретами и душевной болью.