- Что это было? - спросил Призрачный Охотник. - Надеюсь, это была благодарность за то, что не рассказал всем, где ты, Кора Джеймисон. Назад к родителями так скоро? Ты не станешь лучше делать свою работу, если будешь сидеть дома.

Я замерла. Работу? Какую работу? Откуда он узнал мое имя? И почему он вел себя так, как если бы он меня знал? Нахмурившись, я продолжила идти.

- Итак, ты снова ледяная принцесса? Отлично. Посмотрим, как долго ты продержишься на этот раз.

Я оглянулась, собираясь что-нибудь сказать. Он ухмыльнулся, как будто ожидая, когда я заговорю. Я не была настолько глупа, чтобы попробовать.

- Не знаешь, как призвать руны и стать невидимой? Ну, продолжай работать над ними, кукольное личико, - он подмигнул. - Если тебе нужны подсказки, постарайся быть приятной со мной. Действительно приятной и милой.

Его голос был манящим и сексуальным. На этот раз я почти сдалась.

- О, и перестань причинять боль моим душам, - продолжил он этим раздражающим голосом. - Я не шутил о том, что затащу твою симпатичную задницу в чертоги Хель. И это о многом говорит, потому что я люблю твою задницу, сладкие щечки. Если ты захочешь привлечь моё внимание, ты знаешь, где меня найти.

Любит мою задницу? Хорошей и милой для него? Было очевидно, что он спутал меня с кем-то другим. С кем? Грязным жнецом? Ангелом смерти? Или охотником за призраками?

Он потянулся под балахоном, и моя рука сильнее сжалась на терке, мои глаза не отрывались от него. Я приготовилась к худшему, но все, что он вытащил, было палкой. Нет, не палка. Коса. Это было так жалко, что я хотела засмеяться.

Затем тату на пальцах вернулись, а коса вытянулась, на его костяшках появились одинаковые отметки.

Хорошо, он определенно был мрачным жнецом.

Призрак Морелло взглянул на косу и побежал. Жнец указал лезвием на него.

- Стой!

Бежавший призрак застыл, ужас отразился в его глазах.

- Разве я не говорил, хватит бегать, ты кусок грязи? Хочешь, чтобы я использовал это на тебе? - жнец двинулся к нему, схватил его за воротник, и полоснул воздух косой.

Из воздуха вышла серая масса. Это было похоже на густой дым или темное облако. Оно начало двигаться по кругу, взбираясь все быстрее и быстрее, пока не сформировался туннель. Я не могла видеть, что было на другом конце туннеля, но было темно, и холодный сквозняк, который я чувствовала раньше, снова прокатился по магазину.

Я вздрогнула.

Он бросил Морелло в туннель. Один за другим, другие призраки - нет, он назвал их душами - следовали, исчезая внутри тёмного туннеля. Последней была женщина, Салли. Она что-то сказала жнецу, но тот покачал головой. Она указала на меня, её рот открывался и закрывался.

- Я ничего не обещаю, - сказал он, его голос потерял свою назойливую спесь. Он посмотрел в мою сторону и добавил: - Позже, красавица.

Туннель закрылся за ним, и я выдохнула. Рука опустилась мне на плечо, и я подскочила.

- Мам, ты меня напугала.

Она улыбнулась. В её руке было два мешка с замороженным шпинатом.

- Я знала, что ты забудешь это. Что ты с этим делаешь? - она указала на сырную тёрку.

Мое лицо горело.

- Я подумала, что нам может понадобиться новая.

- Нет, та, что дома всё ещё работает, - твердо сказала моя вечно бережливая мать.

Я положила тёрку на полку с ящиками кукурузы и последовала за ней. Что она скажет, если я расскажу, что только что видела? Вероятно, она снова позвонит доктору Венделлу. Моя мать была практичной женщиной. В отличие от моего отца, который был писателем, она не верит ни во что, что не может увидеть. Когда она использовала самообслуживание, чтобы заплатить за сыр и шпинат, я следила за большим количеством призраков. Души. Мне пришлось привыкнуть относиться к ним как к душам.

Она разместила новые покупки поверх других и вытолкнула тележку из магазина. Я медленно пошла за ней, оставаясь бдительной, в случае если появятся души.

***

Я видела несколько душ здесь и там по дороге домой. Все остановились и уставились на нашу машину. Я опустилась на сиденье и задалась вопросом, соберет ли их высокомерный жнец. Может быть, он был здесь, чтобы убираться в нашем городе. Я так надеялась. Я устала быть мишенью.

- Ты молчишь с тех пор, как мы покинули магазин, - сказала мама, когда мы были ближе к дому. Мы ехали по Орчард-Роуд, улице, что разделяла два самых крупных виноградника в Кайвилле. - Ты в порядке?

Я пожала плечами.

- Да.

- Ты знаешь, что можешь поговорить со мной, если что-то тебя беспокоит.

О разговоре с ней не могло быть и речи. Доктор Венделл может назначить ещё больше медикаментов или настаивать на том, чтобы меня снова приняли.

- Я слышала, как вы с папой говорили обо мне сегодня утром. Мам, я не хочу учиться на дому. Я возвращаюсь в школу в понедельник.

- Милая...

- Нет, мам. Мне лучше, и я хочу вернуться.

Её губы сжались от досады, она свернула на дорогу, ведущую к нашей ферме.

- Давайте обсудим это после ужина.