Торин крутнулся на месте, взгляд его метался между мной и Эндрисом.

— Это они? — тон его голоса стал угрожающим.

— Торин, не ходи туда. Отец Баша сильный ведьмак. Он приходил в магазин еще до того, как я встретила Риту и Джину, а это значит, что он знал, кто я такая. Там видимо все семейство работает на твоего отца.

— Отлично. — Улыбка, с которой он выговорил это слово, заставила меня содрогнуться. — Мы можем свести с ними счеты после того, как они выдадут нам месторасположение моего отца.

— Ну, а Эрик? — спросил Эндрис.

Я бросила на него гневный взгляд.

— Я не верю, что он делает это добровольно. Что-то заставило его превратиться из доброго в злого. Его темная сторона взяла верх. И вы трое держитесь от него подальше, пока я не поговорю с ним. — Они посмотрели на меня так, словно я сказала, что выхожу замуж за Эрика. — Я серьезно. Отвалите.

— Мы вместе поговорим с ним, — ответил Торин. Его вид говорил, что он не уступит. Я открыла было рот, чтобы возразить, но тут он нахмурился. Он мог выглядеть сколь угодно грозно, но это не волновало меня. И все же, я отступила. Речь шла о его родителях, а это щекотливая и личная тема.

— Ладно, — согласилась я.

19. Злобный сын Бога

Но поймать Эрика, это как выяснилось, проще сказать, чем сделать. Он исчез. Его не было в школе.

— Мистер Эрик только что ушел, — сказала миссис Виллоу, подтвердив, что он все-таки был здесь.

Следующие два дня мы не спускали глаз с Себастьяна и близнецов. Блейн и Эндрис по очереди ночевали в спальне Эрика. Но, словно зная, что они поджидают его там, он не приходил ночевать домой. А когда мы уходили на пробежку, я чувствовала, что за нами следят.

В четверг, во время концертного выступления, мне показалось, что я видела его в зале, но к тому времени, когда мы закончили свои партии и включился свет, он уже ушел. К пятнице, я знала точно, что надо сделать. Только не могла рассказать об этом Торину.

Парень был тикающей бомбой.

Я выбрала историю для реализации своего плана. Мистер Финни был моим любимым учителем, но также, он слишком мягок в обращении со своими учениками. Он принял мое жалкое извинение и послал меня в кабинет к медсестре. Хотелось надеяться, что Торин заставит его позабыть об этом.

Я направилась в музыкальный кабинет. Игра в группе — последний урок на сегодня, так что я знала: комната будет пустой еще целый час. Я заперла дверь, положила книги на стол и постаралась настроиться на волну связи с Норнами.

Ничего не вышло. Я закрыла глаза и глубоко вздохнула.

— Кэти! Мардж! Джанетт! Мне нужно с вами поговорить. — Я открыла один глаз и осмотрелась. Никого рядом не было. — КЭТИ! МАРДЖ! ДЖАНЕТТ!

Все та же тишина в ответ.

Пожалуйста, мне нужна помощь.

В комнате повеяло холодом, и за спиной послышался голос.

— Капля смирения имеет большое значение, Лорейн Купер.

Это единственный раз, когда я рада была услышать скрипучий голос Мардж. Я оглянулась через плечо и от удивления раскрыла рот.

Марджори «Мардж» ЛеБланк оказалась Башем?

Себастьян Рейс довольно улыбнулся. В моем рту стало сухо, как в пустыне Сахары, и когда я попыталась сглотнуть, там был лишь песок. Не удивительно, что я сразу же его невзлюбила. С другой стороны, я танцевала с ним в клубе, и он пытался за мной приударить.

Фу, сейчас не об этом надо думать. Как низко эта троица жаждущих может пасть?

По бокам Себастьяна стояли близнецы, или нужно сказать Кэти Виванко и Джанетт Вилкс. В жизни бы не догадалась, что эти три ведьмака были моими Норнами. Они стояли перед дверью и смотрели совсем недружелюбно.

— Или ты предпочитаешь, чтобы я выглядела так? — спросила Мардж.

Я спрятала руки в карманы своего худи и прижала их к себе, ожидая, когда они примут свой настоящий облик. Сейчас это были старухи с полупрозрачной кожей. С глазами безграничной мудрости. С волосами настолько седыми, что они выглядели как клубочки дыма. После моей стычки с ведьмами в Мираже, я сыта по горло сморщенными хрычовками.

Когда их лица, тела и одежда приобрели их обычный вид, меня бросило в жар. Под обычным я имею в виду стройную загорелую фигуру Мардж и волосами, собранными в пучок. Со взглядом полным осуждения.

Блондинка Джанетт была идеальным олицетворением высокомерия. Могу сказать, что моя школа — последнее место, где она хотела быть, и я ее не винила. Я сорвала их планы заманить меня в вечное служение Норнам прямо здесь, сделав им предложение, от которого они не могли отказаться. Кэти, пышечка брюнетка, последняя в троице, нравилась мне больше всех. Она была самой доброй и хорошей Норной из всех существующих.

— Что вы трое сделали с Эриком? — спросила я, запинаясь. Ненавижу это. Они снова выбили почву у меня из-под ног, чтоб их. Снова.

— Мы пытаемся его спасти, — резко ответила Мардж. — Тебе это не удалось, так как ты позволила ему пойти к его матери.