Торин хмыкнул и щёлкнул меня по носу.

— И да, и нет. Один существует с начала времён, но не остальные. Давным-давно все боги были молодыми и сильными, потому что ели золотые яблоки из рощи богини Идунн. Но однажды Локи помог великанам похитить Идунн. С её исчезновением пропали и яблоки. Боги начали стареть и слабеть. Но пока у них оставались силы, они вынудили Локи вернуть её. Вот только к тому времени было уже поздно: основные боги и богини успели постареть. Они снова начали питаться яблоками, и старение остановилось, но процесс вспять не повернуть. После того случая боги решили не делиться яблоками со смертными и Валькириями, чем разозлили Идунн. Как и Фрейя, она большая сторонница смертных. Один тогда создал специальные руны для получения бессмертия, а чтобы задобрить Идунн, назвал Наделяющих Бессмертием в её честь. Идуннскими Валькириями.

Скандинавские мифы никогда не перестанут меня удивлять. Я слушала его как заворожённая. И судя по его широкой улыбке, он очень рад стать идуннским Валькирией.

— Как Лавания?

Он кивнул. Его сапфировые глаза сияли.

— Да, прям как она. Я не только смогу решать, кому из смертных будет дозволено стать Бессмертными, но и кому из Бессмертных стать Валькириями.

Теперь я начинаю понимать.

— Неудивительно, что твой папаша-чернокнижник тут же прибежал.

Торин нахмурился.

— Просто Чернокнижник, — исправилась я. — Он надеется, что ты сочтёшь его достойным. Как думаешь, он специально организовал ту ситуацию с душами, чтобы продемонстрировать тебе, как он якобы изменился? Или он сотрудничает с Норнами, чтобы переманить меня на их сторону?

— Эндрис думает, что сотрудничает. Я лично думаю, что он ждёт, что я сделаю его Валькирией. Он знает, что у меня уже есть на примете один кандидат.

— Кто?

— Джейс.

У меня упала челюсть. Я засмеялась. Вот теперь всё точно встало на свои места.

— Неудивительно, что ты с ним так сдружился.

— Он ещё слишком юный, но по всем качествам — идеальный кандидат. Даже будучи астматиком, он отличный спортсмен. Мне нужно будет быть рядом, когда случится происшествие, чтобы успеть спасти его перед смертью. И вот тут нам бы пригодилась твоя способность. Ты будешь получать видения, когда и как они умирают, а я буду предлагать им выбор: бессмертие или место за столом в Вальхалле.

Стол в Вальхалле. Ха! Какое завуалированное описание смерти. Теперь ясно, почему он не осуждал меня за попытки получить видение про Джейса. А если бы я хотела помешать смерти ребят? Вот тогда бы у нас возник конфликт интересов.

— То есть мы будем работать вместе?

— Мы уже работаем вместе. Разве ты не пыталась выяснить, когда и как Джейс пострадает?

Чтобы спасти всех ребят, да. Я кивнула.

— Поскольку моя работа будет здесь, я буду реже вынужден бывать в Асгарде. Возможно, мне поручат тренировать новых Бессмертных. Эндрису назначат нового напарника.

Я хмыкнула.

— Все Бессмертные пытаются попасть в Асгард, ты же рвёшься остаться здесь.

— Потому что здесь ты. — Он обхватил ладонями моё лицо, глядя мне в глаза. — Так что Граф ошибается. Мы с тобой будем вместе очень и очень долго. Ничто не сможет встать между нами. Ни Норны, ни боги, ни уж точно мой вечно ищущий выгоды для себя отец. — Торин поцеловал меня в лоб. — А сейчас мне пора идти.

— Только не бросайся на его поиски. Думаю, он на это и рассчитывает.

— Никому нельзя лезть к тебе в моё отсутствие, так что нам с ним предстоит серьёзный разговор. Но не сегодня. Он ждёт нашего появления и будет во всеоружии.

— Нашего?

— Да, нашего. Когда я встречусь с ним, хочу, чтобы ты тоже присутствовала. Не только потому что ты можешь обездвижить ему силой матушки-природы, но и потому что он боится тебя.

Я моргнула.

— Что, прости?

— Любовь — это могущественная сила, и у тебя её чистейшая форма. Когда ты что-то делаешь, ты делаешь это от всего сердца, без скрытого мотива. Ты противостоишь недоброжелателям, твёрдо зная, что борешься за правое дело. Не ради себя, не ради тех, кого любишь. Это делает тебя опасным врагом, с которым нужно считаться. Граф не может ничего с этим сделать. Он расчётлив и упорен в своих целях. Он сражался в войнах, о которых смертные даже не знают. В войнах против монстров вроде драугов и других тёмных существ, нападающих на живых. Сражаться с ним на его условиях бессмысленно. Мы бы потеряли неделю, если бы не ты. Наш единый фронт, наша любовь — это единственное, что он не может одолеть. Поэтому он пришёл увидеться с тобой сегодня и пытался манипулировать твоими чувствами, чтобы нас разлучить. Спасибо тебе, — сказал он.

У него талант говорить такие трогательные вещи… Хотела бы я уметь описывать нашу любовь так красиво. Он словно бы видит меня такой, какой я сама себя не вижу.

Я прочистила горло, чтобы спросить:

— За что ты меня благодаришь?