— Куда-нибудь конкретно? – спросил Монти.

— Просто отсюда. У тебя есть мобильный телефон?

— Да, сэр.

— Хорошо. А теперь выключи его.

О, боги.

Они прошли два квартала, потом три, прежде чем Бёрк снова заговорил:

— Несколько минут назад мне позвонил капитан Зейджак. Ты помнишь Даррелла Адамса?

Монти кивнул.

— Он работал в консульстве и был уволен несколько дней назад.

— Он умер прошлой ночью. Похоже, он съел немного отравленного сахара, поскольку два куска сахара были найдены рядом с креслом, на который он упал.

Они прошли ещё квартал, прежде чем Монти смог заговорить:

— Мы им не помогли, так что Иные сами проверили на человеке, которого считали виновным?

— Сомневаюсь, что мистер Адамс выбрался бы из Двора живым, если бы Иные поверили, что именно он пытался отравить некоторых из них. Но он был выбран не случайно.

— Будет ли лаборатория торопиться с результатами по этой смерти? – спросил Монти.

— Ну-ну, лейтенант. Что за горестный тон, — беспечно сказал Бёрк. – У них есть все основания поторопиться. Офицеры, приехавшие на вызов, подтверждают подозрительную смерть. После того, что ещё было найдено, Зейджак напуган до смерти, потому что он не знает, сколько ещё смертей может последовать.

Монти нахмурился.

— Я ничего не понимаю.

— Мы предполагаем, что Адамс съел немного сахара. Он мёртв. Но есть один из соседей, который говорит, что он стучал в дверь, и когда он посмотрел на женщину, которая вышла из квартиры Адамса, его левая рука и плечо онемели. Его доставили в больницу. Никаких повреждений, никаких ран, но мышцы на руке и плече мертвы. У другой соседки, пожилой дамы, которая утверждала, что увидела, как пришла женщина, и выглянула из своей двери как раз вовремя, чтобы увидеть, как женщина уходит, омертвел глаз. Никаких признаков травмы, никаких объяснений. Вскоре после этого люди начали появляться в больничных отделениях неотложной помощи, заявляя о затруднённом дыхании, головокружении, болях в груди или внезапной слабости в конечностях. К сегодняшнему утру большинство из них выздоровели без каких-либо объяснений причин физических симптомов. Единственное, что у них есть общего, это то, что они были около квартиры Адамса прошлой ночью, примерно в одно и то же время.

— Как офицеры, приехавшие на вызов?

Несмотря на холод, Монти почувствовал, что вспотел.

— С ними всё в порядке.

Бёрк помедлил, пока они ждали сигнала светофора. Как только они перешли улицу, он продолжил:

— Как и мужчина с мальчиком, которые вошли, когда женщина уходила. Мужчина говорит, что мельком увидел её и тут же отвернулся, встав между ней и сыном. Он также закрыл рукой глаза мальчика. Он сказал офицерам: "Мы не смотрели на неё. Я вспомнил мифы, и мы не смотрели". Этот человек больше ничего не сказал офицерам, а Зейджак по понятным причинам не хочет продолжать расследование.

— Разве он не хотел бы знать?

Мифы? Есть ли в университете кто-то на факультете, кто мог бы найти источник мифа?

— Нет, он не хочет знать. И мы тоже.

Взгляд Бёрка предупредил Монти, что он говорит серьёзно.

— Знаешь, как некоторые говорят: "если бы взгляд мог убивать"? – спросил Бёрк через мгновение. – Ну, похоже, что среди терра индигене есть нечто, способное делать именно это.

ГЛАВА 24

— ... дорожные рекомендации действуют до шести утра завтрашнего дня. САКЗ1 рекомендует не совершать ненужных поездок. Было принято решение уведомить об этом до того, как вы услышите официальное заявление из мэрии. Так что тарьтесь молоком и туалетной бумагой и отправляйтесь домой, ребята. Уже выпало несколько сантиметров снега, улицы забивает, и это только начало. Современные прогнозы говорят, что снежный покров по всему городу Лейксайд может подняться на шестьдесят сантиметров, прежде чем шторм с озера утихнет, и не стоит даже думать об измерении заносов. Температура дующего ветра к вечеру может опуститься до минус двадцати. Предвидится полное замыкание на часа полтора. Это Энн Хёрготт приносит вам новости и сводки погоды, нравится вам это или нет. А теперь, из прошлогоднего блокбастера, давайте послушаем хитовый сингл "Если лето никогда не наступит".

Монти выключил радио и натянул пальто и ботинки. Сегодня он не дежурил, но все были наготове. За те годы, что он прожил в Толанде, он видел несколько сильных штормов. Было даже несколько случаев, когда большой город закрывался на день. Но вчера, слушая Ковальски, Дебани и МакДональда — людей, которые прожили в Лейксайде всю свою жизнь, он понял, что ещё пока не видел шторма, который они считали плохим. И все они готовились к худшему.

Убедившись, что у него есть ключи, он вышел на улицу.