Я рассмеялась — а что мне еще оставалось делать?

— Макс, ты конченый.

Он взмахивал топориком снова и снова. Звук дробящихся костей эхом отдавался в ванной.

Он был прав — с ногами мы возились дольше всего, и в итоге я тоже включилась. Я изо всех сил тянула Клейтона за ступню, пока Макс раз за разом обрушивал топор.

Наконец ноги отделились от туловища. Я не могла сказать, сколько времени это заняло на самом деле. Из-за «Крыльев ангела» бег времени казался то неестественно быстрым, то невыносимо медленным.

Макс и я стояли над конечностями, пока он переводил дух. В ту ночь я узнала, что человеческая нога весит примерно 12 фунтов каждая, а рука — пять с половиной! Кто бы мог подумать?

Завернув ноги в пакеты, он запихнул их в сумку для гольфа, и они вошли туда идеально.

— Ни хрена себе! — я рассмеялась от неожиданности.

Макс был гением!

— Ладно, детка, у тебя руки поменьше — запихивай руки по одной и плотно утрамбовывай!

Я храбро кивнула, но, когда холодная плоть скользнула под пластиковую обертку, мои пальцы тут же разжались. Сверток упал на пол с тошнотворным стуком.

— О блядь... нет, Макс, пожалуйста, не заставляй меня!

Он поднял аккуратно упакованный сверток и протянул его мне.

— Не будь ссыклом, Миа.

Я фыркнула, схватила пакет и затолкала его поглубже в сумку для гольфа.

Холодный сверток с ногой задел тыльную сторону моей ладони. Я стиснула зубы, слезы застилали глаза.

Это было так отвратительно!

Но я тут же схватила второй пакет и проделала то же самое.

Отойдя в сторону, я едва не поскользнулась на крови по пути к раковине.

Я терла руки под горячей проточной водой, пока Макс не пристроился сзади. Его окровавленные руки накрыли мои.

— Почти закончили, детка. Можешь идти, если хочешь.

Я повернулась к Максу и прильнула к нему. Лбом я уперлась в его обнаженную грудь.

— Нет, я никогда тебя не оставлю! Наша любовь — а теперь и ужас того, что мы совершили, — связали нас навечно.

Нюхнув еще по паре дорожек — да, в итоге я тоже присоединилась к веселью, — Макс встал над расчлененным торсом Клейтона. Он ухмыльнулся и плюнул на труп.

Его безумный смех разнесся по ванной, а полный ненависти взгляд впился в то, что осталось от его когда-то целого друга.

— Хотел полизать киску моей сестры, Клэй, старина?

Сердце болезненно екнуло — что, блядь?

— Ну давай, попробуй теперь, дружище.

Лезвие топорика на мгновение блеснуло, рука Макса взметнулась высоко вверх, и окровавленная сталь вонзилась в уже перерезанное горло Клейтона.

ТУК!

Он выдернул лезвие и начал кромсать топором снова и снова. Им двигали ярость и ненависть.

Тупое выражение лица Клейтона не менялось, пока его голова моталась из стороны в сторону. Ошметки багровой плоти и темные вены свисали с его растерзанной шеи.

Я выдохнула с облегчением.

Мы закончили.

К четырем часам торс был тщательно упакован и плотно уложен в новый чемодан моей мамы, Лейлы. Голова Клейтона, завернутая в пластик, отправилась в тоут.

Я выливала ведра хлорированной воды на пол и стены, пока Макс отмывался.

Оставшиеся кусочки плоти и осколки костей он смывал в стоки, где они смешивались с маслянистым осадком. Когда мы закончили и я поплелась в ванную, действие кокаина и «Крыльев» начало проходить. Полоски света на небе возвещали о начале нового дня.

Я чувствовала себя отрезанной от всего мира, пока шок от пережитой ночи пульсировал в моих венах.

Я еще даже не начала осознавать реальность того, что мы только что сделали. Да и поздно уже было это делать. Мы почти у цели. Нужно только, чтобы всё прошло по нашему плану.

Глава 8

Горячая вода каскадом стекала по моей спине. Я застонала и потерла уставшие плечи и затылок, постепенно трезвея после нашей кошмарной ночи.

Дверь душевой открылась, и Макс проскользнул следом за мной.

Он подставил лицо под мощные струи, и я наблюдала, как красные ручейки стекают с его волос на шею и грудь. Я принялась оттирать его испачканные в крови руки гелем для душа с ароматом лимона, пока он наблюдал за мной.

Я подняла глаза, и его зеленый взгляд встретился с моим.

— Ты в порядке, Миа?

Я покачала головой, пока горячие слезы катились по моему лицу, смешиваясь с водой.

— Нет, Макс — я, блядь, совсем не в порядке.

Его большие пальцы коснулись моих щек, а прекрасные глаза изучали мое лицо.

— Я люблю тебя.

Блядь... неужели это его версия любви?

Я не ответила.

Он вытянул руки над моей головой, упираясь в стену, и подставил голову под брызги воды.

Мой взгляд замер на воде, стекающей по его груди.

— Зачем, Макс? Зачем ты зашел так далеко в этот раз?

Он улыбнулся и закрыл глаза, на несколько секунд подставив лицо под струю.

После чего он тряхнул головой, и темные пряди прилипли к его лицу.