— Ты сегодня играла на моих барабанах? — спросил Колин Куинн, когда мы забирались в грузовик.

— Да. Я написала партию для той песни, которую сыграла тебе вчера вечером.

— Круто.

— Круто. — Куинн улыбнулась в мою сторону. — И угадай, что еще? Я собираюсь спеть «С любовью» для альбома. Джонас позвонил мне сегодня после разговора с Харви, и им обоим понравилась эта идея. Я ждала, что Никсон позвонит мне и расскажет, но от него ничего не было слышно всю неделю. Я начинаю волноваться.

— Позвони ему.

— Сначала я напишу Итану. — Пока мы ехали, ее пальцы порхали по экрану.

Я начинал понимать, что эти люди стали частью ее семьи, что они любили и защищали ее так же, как и она их.

Вот почему я сам позвонил Джонасу сегодня.

Куинн сжала телефон на коленях, ожидая ответа Итана, и через несколько секунд раздался звонок. Она прочла сообщение и ахнула.

— Что?

Она закрыла глаза и прошептала:

— Слава богу.

— Что? — снова спросил я, но вместо ответа она подняла телефон, чтобы я прочитал ответ Итана.

На реабилитации.

Никсон отправился на реабилитацию.

— Это хорошо. — Она расслабилась на сиденье. — Очень хорошо.

— Что именно? — спросил Колин со своего места.

— Это взрослые вещи, приятель.

— Когда я стану достаточно взрослым для взрослых вещей? Когда мне исполнится двенадцать?

— Восемнадцать, — ответил я в то же время, как Куинн сказала:

— Двадцать один.

Ее забота о моем сыне была, несомненно, сексуальной.

— Куда мы направляемся? — спросила Куинн, когда я выехал на Мэйн-стрит и повернул в противоположную сторону от района, где жили наши родители.

— Это сюрприз.

Она посмотрела на меня, затем повернулась, чтобы взглянуть на Колина, который широко улыбался.

— Я думала, у нас семейный пикник на заднем дворе.

В детстве мы часто так делали. Мои и ее родители ставили палатки у себя на заднем дворе, и мы все спали на улице. Или, как в случае с моей мамой, притвориться, что она собирается спать на улице, пока все остальные не лягут спать, а затем прокрасться внутрь, в свою мягкую постель.

— Планы меняются, — сказал я. — Мы идем в поход. Только мы.

Она кивнула.

— Звучит заманчиво. Как насчет твоего чизбургера?

— Холодильники уже в лагере.

— Мы купили хот-доги, чипсы и все для смора, — добавил Колин. — Никаких овощей.

Она рассмеялась.

— Где будет наш лагерь?

— Увидишь.

Она заерзала на сиденье, ее глаза следили за каждым нашим поворотом, пока мы отъезжали на десять миль от города и съезжали с гравийной дороги на пустырь. В траве был проложен след от двух колес, и я проследовал по нему до рощицы осин. Вдалеке возвышались горы, ярко-синие, почти такого же потрясающего цвета, как глаза Куинн.

— Здесь? — спросила она, когда я заглушил двигатель.

Я кивнул и вылез из машины, открывая заднюю дверцу для Колина.

Он вылез, забыв о своем рюкзаке, и обежал грузовик, чтобы схватить Куинн за руку, когда она выходила.

— Посмотри на наше место для разведения костра.

— Какое место?

— Наше. — Я вдохнул чистый воздух и позволил летнему солнцу согреть мое лицо. — Я получил информацию об этом месте около четырех недель назад. Агент по недвижимости — мой приятель, и он подумал, что нам может быть интересно построить на этом участке дом. — Наводка пришла как раз перед тем, как Куинн вернулась в Бозмен на похороны Нэн. — Мы с Уокером решили оставить все как есть. Мы были слишком заняты заказной работой, чтобы думать об этом. Но вчера я позвонил агенту и сделал предложение. Оно было принято через час. Что ты думаешь?

Если ей не понравится, я переведу это место в собственность компании, и мы с Уокером все-таки построим тут специальный дом. Но если Куинн понравится, это будет настоящий дом. Я любил свой дом в городе, но мы жили втроем, и, надеюсь, когда-нибудь нас станет больше, нам нужно было пространство.

— Здесь красиво. — Она улыбнулась и указала на горы. — Я хочу окно с таким видом.

— Ты можешь получить все, что захочешь. — Я взял ее за руку и повел к кострищу, которое мы с Колином соорудили после того, как зашли в продуктовый магазин, чтобы наполнить холодильники и отнести их на стоянку.

— Я не позволю тебе платить за все это самому. Только не тогда, когда это место будет нашим.

— Я не против. — С деньгами мы разберемся позже. Я не собирался указывать ей, как тратить ее деньги, и не собирался притворяться, что она не зарабатывает больше, чем я когда-либо мог. Но сегодня разговор не об этом. — Я бы хотел построить здесь дом, где было бы больше места для нашей семьи. Мы не говорили о детях, но…

— Трое. Плюс Колин. Итого четверо. Мне нравятся четные числа.

Боже, я любил эту женщину.

— Итого четверо.

Она прижалась к моей руке.

— Я рада, что мы остановились здесь. Это как первая ночь в новом доме.