И ошиблась! С помощью своего «Призрачного Шага» я моментально оказался возле нее, выбив из рук серповидный клинок ударом тарна. На мгновение сцепившись с этой бешеной кошкой, я стиснул ее в ледяных объятиях и, отклонив голову назад, с размаху врезал забралом шлема в лицо. Шутить с серебряной Восходящей не стоило, и мой удар должен был вырубить или по крайней мере оглушить ее.

Защитная маска разлетелась на куски, однако ее Атрибуты Тела оказались высоки, и Восходящая не потеряла сознания. Наоборот, не обращая внимания на ледяную ауру, схватила меня за голову, пытаясь взглядом проникнуть в сознание сквозь кристаллическое стекло лед-шлема. Ее глаза источали звездный свет, а лицо в ореоле серебряных волос неожиданно показалось прекрасным: безупречные черты, высокие скулы, гордый изгиб бровей. Да, природа наградила Ночной Страх внешностью одной из потомков Кел, что населяли Эстэ, я хорошо рассмотрел это, пока Восходящая пыталась заворожить меня с помощью ментального Подчинения.

Это стало ее последней ошибкой.

Потому что я принял контакт, выдержал атаку, а затем контратаковал сам, воспользовавшись ментальной связью как подъемным мостом, ведущим ко входу во вражескую крепость.

Найтфир была сильным менталом. Уж точно не слабее Вероники. И сопротивлялась, как дикое животное, свирепое и непокорное. Наверняка могла поставить на колени любого не-Восходящего, да и Восходящего, не развившего ментальную ветку, – тоже. Но у меня уже имелся и опыт, и хорошие учителя – я помнил, как Белый Дьявол ломал Флекса Тория. Ментальный Императив – почти золотая Руна, противиться которой невозможно. Я сломал ее волю, как таран – крепостные ворота, увидел, что там внутри, и Восходящая, тонко всхлипнув, едва не потеряла сознание. Она обмякла, рухнула на землю, и в следующий миг иллиумовый ошейник защелкнулся на ее шее – холодный металл на горячей коже.

Все. Над полем боя кружили Каргоны, а уцелевшие Арахниды деловито пеленали добычу. Все теневики, к моему удивлению, были живы. Да, я приказал Существам действовать аккуратно, но в бою бывает всякое. Наверняка не обошлось без ран и увечий, однако все – живы. Я выполнил пожелание Кассиди обойтись без крови, хоть это и стало нелегким испытанием.