- Нет, - тут же отзывается он. – Я буду рядом. Мне так будет спокойнее.

Понимаю, что спорить бесполезно. Медсестра устанавливает мне капельницу и просит нажать на кнопку вызова персонала, когда лекарство во флаконе будет заканчиваться.

Да только я этот момент упускаю, потому засыпаю. Сама не понимаю, как. Но раз Миша меня не разбудил, значит, так надо.

Я просыпаюсь от его тихого голоса и осматриваюсь по сторонам. За окном глубокая ночь. В руке игла уже не торчит. Миша сидит на диване, потирая шею, и с кем-то разговаривает по телефону.

Боже, он и ночью работает. А отдыхает хоть нормально?

Когда мужчина откладывает телефон в сторону, я тихо зову его по имени. Миша тут же оказывается рядом.

- Воды? – спрашивает он, и я киваю.

Миша подаёт мне воду, и я осушаю половину бутылки.

- Ты спать собираешься?

- Да. Как раз собирался раскладывать диван.

- Не надо диван. Ложись рядом со мной. Мы поместимся.

- Уверена?

Уверена. Если честно, я просто хочу узнать, каково это – спать в надёжных объятиях Миши.

- Уверена, - говорю с улыбкой.

Да только вся моя уверенность тает, когда он ложится за моей спиной, обнимает и притягивает к своей груди.

- Я тебя прошу только об одном, Лисёнок, - шепчет мне на ухо Миша, будто специально касаясь мочки губами, - не шевелись.

Дорогие читатели, приглашаю вас в последнюю историю нашего литмоба

от Иры Орловой "Жена офицера. Я тебя верну"

Глава 16. Михаил

И что делает эта лиса? Естественно, шевелится!

- Мне нужно удобно лечь, - шепчет она, а сама будто специально попкой к моему паху прижимается.

Ёб… Фух. Соберись, Дубровский. Подумай, о бомжах под мостами, о гнилых зубах…

- Ауч, - шипит Леся.

Ауч? Это у меня «ауч». Все мерзкие картинки из головы вылетают, когда её попка снова проезжается по паху.

- Оу.

Ну, не почувствовать мой стояк было невозможно. Леся, наконец, замирает.

- Я предупреждал, Лисёнок, - говорю чуть охрипшим голосом.

- Я бы пошутила, что у тебя пистолет или фонарик там, - шепчет она, начиная трястись от смеха, - но не стану. Прости.

Я только тяжело вздыхаю. Ну что с ней сделать? Прижимаю к себе крепче и кладу ладонь под грудь, чтобы почувствовать сердцебиение. А сердечко её колотится как сумасшедшее.

- Миша! – вскрикивает она.

- М?

- Я же уснула в бюстгальтере. Надо снять.

- Ты издеваешься?

- Расстегни, пожалуйста.

Точно издевается. Я тут уже выть готов, а она бюстгальтер просит помочь снять. Я бы с большим удовольствием вообще всё с неё снял.

Но вместо этого я снова беру эмоции и желания под контроль и ловко расстегиваю застёжку на спине Леси.

- Фух, - выдыхает она, - даже легче дышать стало.

Она стягивает лямки с плеч, естественно, снова потираясь об меня (будто специально, а, может, и специально), а спустя мгновение я вижу в её руке белый кружевной бюстгальтер.

- Свобода, - шепчет расслабленно и прячет кружево под подушкой.

Твою мать. И вот как мне после такого спать? В паху ноет от желания.

- Прости, - снова говорит Леся, но я уверен, что она улыбается.

Прости, значит? Ок.

Я ныряю рукой под её футболку и накрываю левую грудь ладонью. Каайф.

- Эээй, - тянет Леся, но не шевелится.

- Будем считать это моей моральной компенсацией.

- За что?

- За это.

Вжимаюсь в неё пахом, чтобы она прочувствовала, как у меня там всё твёрдо и пульсирует от желания.

- Я себя пока контролирую, Лисёнок. Пока. Поэтому молю всеми Богами. Замри. Иначе тебе потом будет стыдно?

- Мне? За что?

- За громкие стоны и крики… - шепчу ей на ухо и мягко сжимаю упругую грудь.

- Ах, - стон срывает с её губ, чуть не срывая чеку.

Держись, Дубровский. Держись…

- Сладких снов, Миша… - шепчет эта лисичка.

- Сладких…

Сам не понимаю, как проваливаюсь в сон. И снится мне, конечно, Леся.

На самом интересном месте я резко просыпаюсь, потому что слышу вибрацию мобильного. Открываю глаза. Палата освещается первыми лучами рассветного солнца. Значит, я поспал часа три. И на удивление, чувствую себя прекрасно.

Олеся крепко спит, обхватив мои руки своими. Мне приходится осторожно выбраться из её захвата, потому что телефон продолжает настойчиво звонить. А мне в такое время не звонят просто так.

И я оказываюсь прав. Это по рапорту Громову. Генерал Болдырев пытается ставить палки в колёса, гнида. Вцепился же в Саню. Но ничего. На каждого генерала управа найдётся. Быстро решаю вопрос с другом, и расслабленно откидываю голову на спинку дивана, когда мне докладывают, что рапорт Грома на отпуск с выездом за границу подписан.

Всё, одна проблема решена. Саня улетает в Израиль к Кате. Я надеюсь, её операция пройдёт успешно, и эта парочка, наконец, воссоединится.