— Ты хочешь, чтобы я пошла туда одна?
— Я буду с тобой. Просто… вне поля зрения.
Конечно, он будет рядом. Алисе следовало бы это знать. Но мысль о том, чтобы шагнуть в неизвестность, пугала ее — особенно в месте, так напоминающем владения Шляпника. Если та женщина-инопланетянка хотела ее попробовать, то чего захотят все остальные? Как Алиса пройдет мимо этих охранников?
Это наш единственный путь вперед.
Алисе и Тени нужна была информация, нужны были ответы, чтобы они могли сбежать из Страны Чудес. И как только они выберутся, как только окажутся в безопасности, она позволит себе забыть большую часть того, что пережила здесь — все, кроме моментов с Тенью, — словно это был всего лишь особенно яркий кошмар.
— Хорошо. — Она сделала глубокий вдох, выдохнула и отошла от Тени. — Я уверена, что они меня впустят, учитывая, что я… ну, ты знаешь. Куколка.
Возможно, та, с которой поиграли чуть жестче обычного, учитывая мой внешний вид.
Она просунула руки под юбку, зацепила большими пальцами пояс брюк и стянула их вниз. Она отбросила брюки в сторону; они исчезли под ногами танцующих поблизости.
— Э-э… что ты делаешь, Алиса? — спросил Тень, его уши встали торчком. — Знаю, я был не в восторге, когда ты их надела, но я передумал. Надень их обратно, немедленно!
Подняв руки, она провела пальцами по волосам, распутывая некоторые колтуны.
— Здесь я куколка, Тень. — Она оторвала взгляд от двери и посмотрела на него. — Мне нужно соответствовать образу, если я хочу, чтобы они меня пропустили.
Несмотря на громкую музыку, она ясно услышала разочарованное рычание Тени.
Его уши прижались к голове.
— Если кто-нибудь из них распустит руки, я начну отрубать им эти самые руки.
Алису почему-то завели угрозы Тени прибегнуть к насилию ради нее, и она улыбнулась. Она шагнула вплотную к нему, обвила руками его шею и притянула его лицо к своему.
— Верю, что так и будет, — сказала она, прежде чем глубоко поцеловать его.
Тень застонал ей в губы и отдался поцелую; через мгновение его руки уже скользнули под ее юбку, чтобы обхватить ее голые ягодицы, слегка сжав их.
— Помни, милая Алиса — ты моя, — произнес он в ее губы.
Она потерлась об него бедрами, когда внизу живота вспыхнула молния желания, заставив ее лоно сжаться от потребности. Она застонала. — Твоя.
Он довольно замурлыкал, и его член затвердел, словно тянясь к ней сквозь брюки.
— Прямо сейчас я не хочу ничего больше, чем тебя, но сначала нам нужно кое-кому поугрожать.
Алиса простонала, прижалась лбом к его лбу и закрыла глаза. Ее тело гудело от потребности в его прикосновениях, потребности чувствовать, как его руки скользят по ее коже, потребности чувствовать его внутри себя. Но ее страх — что что-то пойдет не так, что она потеряет его в истинной смерти — сейчас был сильнее ее желания.
— Будь осторожен, ладно?
Он провел тыльной стороной пальцев по ее лицу, от скулы до подбородка.
— Лишь настолько, насколько это необходимо, чтобы защитить тебя.
Она откинула голову назад и открыла глаза, чтобы встретиться с его взглядом.
— Я люблю тебя.
Он улыбнулся; выражение его лица было теплым, искренним и обворожительным.
— Я тоже тебя люблю, моя милая, сладкая Алиса.
Ее сердце подпрыгнуло от этих слов. Хотя она уже слышала их раньше, они по-прежнему заставляли ее дыхание учащаться.
Алиса отстранилась от него, и он неохотно ее отпустил. Одна из его рук задержалась на ее ягодице, обжигая, как клеймо, но он был прав — сейчас не время. Повернувшись к большой бархатной двери, Алиса выскользнула из объятий Тени и растворилась в толпе.
Глава 18
Хотя все, через что пришлось пройти Алисе с момента отправки в Страну Чудес, и было странным, переход через этот танцпол был, пожалуй, самым сюрреалистичным опытом из всех.
Давка была плотной, а жар, исходящий от тел, заставлял кожу покалывать. Несмотря на это, она продвигалась вперед. Танцующие почти не оказывали сопротивления, расступаясь так же легко, как стебли высокой травы, их руки, ноги, ладони и тела задевали ее на ходу. Многие прикосновения казались намеренными — некоторые даже откровенно чувственными, — но никто ее не останавливал.
Воздух был пропитан запахом пота, алкоголя, дыма и секса, и хотя музыка гремела, она была недостаточно громкой, чтобы заглушить тяжелое дыхание тусовщиков, их хихиканье и тяжелые стоны. У всех, кто встречался взглядом с Алисой, на лицах было одно и то же выражение — губы приоткрыты, словно от удовольствия, брови расслаблены, глаза пустые и полуприкрытые.
Спустя всего несколько шагов она поняла, что это больше похоже на оргию, чем на танцы.
Это была бы я, если бы съела те пирожные…