» Любовные романы » » Читать онлайн
Страница 4 из 125 Настройки

Впечатляет, правда? Да, работа очень напряженная, но я чувствую, что она имеет смысл. Мне это необходимо — ощущение, что я действительно что-то меняю. Потому что, если быть честной, стоит убрать из моей жизни работу, и у меня не останется ничего.

Я бы не назвала это депрессией в полном смысле слова, но с прошлого года, когда все пошло наперекосяк... скажем так, наличие цели помогает мне продолжать жить.

Кто бы там ни говорил, что иметь сталкера — это круто, пожалуйста, дайте ему мой номер. Я бесплатно дам ему в морду.

Глава 4

Роман

Этот звук. Господи, как же я ненавижу этот звук. Одиннадцать лет визитов в больницы, а меня до сих пор от него выворачивает.

Иронично, если подумать. Кровь и пытки? Они приносят мне покой, а иногда даже удовольствие. Но эти аппараты в Northwestern? От них у меня зубы сводит.

Я хожу по этим коридорам каждый месяц с тех пор, как Виктории исполнилось шесть, с тех пор, как эпилепсия решила поселиться в мозгу моей младшей сестры. Самый мрачный день в моей жизни — день, когда ей поставили этот диагноз. Казалось бы, смерть наших родителей должна была быть страшнее — черт, когда управляешь русской мафией Чикаго, смерть становится просто частью бизнеса. Но видеть, как Виктория бьется в припадке на полу нашей кухни в канун Рождества? Этот образ выжжен у меня в душе. Мне тогда было двадцать, и даже сейчас, больше десяти лет спустя, страх потерять ее по-прежнему не дает мне спать по ночам.

— Мистер Борисов?

Голос вырывает меня из мыслей. Я поднимаю взгляд и вижу медсестру, которая смотрит на меня с уже привычной тенью тревоги в глазах. Ничего нового — все в Чикаго знают, кто мы такие, или, по крайней мере, думают, что знают. Для большинства мы просто очередная история успеха, семья, которой невероятно повезло в бизнесе. Конечно, некоторые подозревают, что за этим кроется нечто большее, но когда половина полиции у тебя в кармане, подозрения остаются всего лишь подозрениями.

— Она закончила?

Я спрашиваю, хотя расписание обследований Виктории давно знаю наизусть. Она должна выйти с минуты на минуту.

— Да, сэр. Доктор сейчас к вам подойдет, — выдавливает она и быстро удаляется, бросив через плечо последний тревожный взгляд.

Я мог устроить Викторию в любую частную больницу, обеспечить ей круглосуточное наблюдение. Но, к счастью, приступы у нее случаются редко — только когда что-то их провоцирует.

По правде говоря, я продолжаю приезжать именно в эту государственную больницу по одной причине — Алексей. Я знаю его целую вечность, и он единственный врач, который говорит мне все прямо, ничего не приукрашивая. И меня он тоже не боится, что довольно иронично, учитывая, что он спасает жизни, а я их отнимаю. Но я видел и более странную дружбу. Он понимает мой мир, а я уважаю его желание оставаться в своем.

— Роман, — говорит он, уже направляясь к своему кабинету, — нам нужно поговорить. Виктория присоединится к нам через минуту — она уже знает все, что я собираюсь тебе рассказать.

Его кабинет, по сути, просто кладовка с претензией на офис — честно говоря, я видел гардеробные и побольше. Я предлагал дать ему денег, чтобы он перебрался в нормальное помещение, но Алексей есть Алексей: он направил каждый цент на новое онкологическое отделение. Даже такой человек, как я, понимает, что рак — настоящее чудовище этого мира. И если мои кровавые деньги могут помочь в борьбе с ним... что ж, значит, хотя бы что-то хорошее выходит из того, чем я занимаюсь.

— О чем ты хотел поговорить? С ее анализами что-то не так?

Я сажусь и слишком поздно замечаю, каким тоном начал говорить. Тем самым, которым разговариваю со своими сотрудниками и солдатами и который иногда слишком давит на обычных людей, но Алексей даже не моргает и отвечает, наливая себе кофе.

— Я хочу, чтобы Виктория носила браслет для мониторинга, — говорит он, садясь и делая глоток кофе, а я жестом показываю ему продолжать. — Мы сотрудничаем с небольшой компанией, которая пытается разрабатывать решения для медицины, и их последний прототип, который они нам прислали, оказался очень полезным. Поэтому я подумал, что мы могли бы протестировать его на Виктории.

Он смотрит на меня, ожидая реакции.

— Зачем ей мониторинг?

Я забираю у него чашку и делаю два глотка кофе, потому что, черт возьми, сейчас восемь утра, а у меня уже раскалывается голова.

— У Виктории все еще бывают приступы, для которых нам не удалось определить стрессовый фактор. Я подумал, что если бы у нас были конкретные данные непосредственно в момент приступа, мы смогли бы понять, что именно его вызывает.

Я понимаю, о чем он говорит. Хотя приступы у Виктории редкие и многие из них можно объяснить стрессом из-за учебы или сильным эмоциональным потрясением, были и такие, которым у нас нет объяснения. А единственный способ уберечь ее, не запирая дома, — выяснить, что именно провоцирует эти приступы.

— Хорошо, если ты думаешь, что это может нам помочь.