» Любовные романы » » Читать онлайн
Страница 70 из 124 Настройки

Я вроде бы хотела , чтобы он отвел меня в свой кабинет и заставил стонать, но у меня возникло ощущение, что Хэм хочет, чтобы я продавала выпивку сейчас, а стонать он заставит меня позже. И дальнейшие разговоры на эту тему заставили бы меня хотеть этого еще больше, так что я проигнорировала эти мысли и сосредоточилась на другом.

— Я должна с ними поболтать. Сейчас многое происходит, и это мой священный долг перед сестринством, пусть я и работаю , — поделилась я.

— Ну, а в промежутках продавай выпивку , — отмахнулся он.

— Это я могу , — сказала я ему.

— Так сделай , — ответил Хэм.

Я отошла назад, отдала ему честь и отвернулась. Подняла один палец для Мэйбл и Ванды , чтобы сообщить им, что я вернусь, и занялась продажей выпивки.

Моя секция включала левую часть бара, в которой находилась ниша , где стояли бильярдные столы, на стенах висела бильярдная атрибутика , и по всему помещению было расставлено несколько высоких столов и табуретов, чтобы люди могли поставить свои напитки и посадить свои задницы во время утомительного занятия — игры в бильярд.

Я свернула в тускло освещенный дальний угол и замерла.

Моя мать, которая явно пребывала в панике и чувствовала себя неловко, сидела одна за самым дальним столиком. Ее умеренно дорогая, классическая сумочка стояла на столе перед ней, а руки лежали сверху , словно она боялась, что кто -то ее выхватит.

Первой моей мыслью было поспешить обратно в бар и попросить Хэма сделать так, чтобы она исчезла.

Вторая же мысль заключалась в том, что такой поступок сделает меня размазней, а если Хэм узнает о присутствии моей матери , есть вероятность, что он спустит на нее всех собак. Я пыталась убедить себя , что ничего не чувствую к матери , и полагал , что она не выдержит гнев Хэма. Она едва справлялась с тем, чтобы ставить одну ногу перед другой, боясь , что сделает это неправильно, и отец набросится на нее.

Я направилась к столику, не сводя глаз с матери, как и она с меня.

Она тоже была блондинкой, но ее волосы были светлее, чем папины и мои.

Волосы достались Ксении.

А еще она была миниатюрной , а ее глаза — голубыми.

Это тоже передалось сестре.

На самом деле, если бы у Ксении было еще лет двадцать или около того, она была бы очень похожа на маму.

Я добралась до ее столика и спросила:

— Принести тебе выпить?

— Зара… — начала она, но я пригвоздила ее к табурету взглядом, и она резко замолчала.

Я знала , что выражение моего лица жесткое, а глаза недружелюбные.

Но мне было все равно.

— Принести тебе выпить? — повторила я.

Она оперлась руками о сумочку, не сводя с меня глаз.

— Милая , пожалуйста. Я пришла поговорить с тобой, и очень важно, чтобы ты услышала, что я скажу.

— Не хочу показаться стервой, — начала я, намереваясь быть именно такой, — но, оглядываясь назад, не уверена, что тебе когда -либо было что сказать по -настоящему важного.

Она закрыла глаза, вздрогнув, и я почувствовала , как во мне просыпается то, чего я не хотела ощущать.

Чувство вины.

Вина за то, что причинила боль матери, и еще большая вина за то, что сделала это намеренно.

Но она скрывала от меня племянника, и я не могла это просто забыть.

И, тем не менее, мне ненавистно было так поступать , поэтому я должна была убраться отсюда.

— Итак, мам, принести тебе выпить ? — снова спросила я.

Она открыла глаза, и я увидела , каких усилий ей стоило расправить плечи, прежде чем она объявила:

— Твой отец не очень -то рад, что ты снова сошлась с этим мужчиной.

С этим мужчиной.

Папа называл Хэма так в те дни, снова и снова, хотя я десятки раз поправляла его, говоря, что его зовут Хэм.

Я ненавидела это тогда и не меньше ненавижу сейчас.

— К счастью для меня, как и тогда, я достигла возраста согласия и могу выбирать, с кем проводить время , — сказала я маме. — А теперь, если хочешь остаться, тебе действительно нужно заказать выпивку. Хэм — управляющий. Его работа — продавать выпивку, и он не одобряет, когда люди болтаются без дела, занимают столики и не тратят деньги.

— Я… ну, ты же знаешь, что я не пью , — сказала мне мама, и я действительно знала это.

Хотя никогда не понимала причины. Она не была ярой противницей алкоголя, и, тем не менее, я ни разу не видела, чтобы она сделала хотя бы глоток вина. Так было еще до того, как Ксения слетела с катушек. По правде говоря, даже зная, что думать об этом неправильно, учитывая, что моя сестра — наркоманка -алкоголичка, но мама жила с отцом , поэтому я считала, что ей не помешает выпивать пару рюмок, чтобы держаться.

— У нас есть безалкогольные напитки , — поделилась я, а затем предложила : — Или другой вариант — ты можешь уйти.

Она наклонилась ко мне еще ближе, убрала руку от сумочки и протянула ее через стол ко мне ладонью вверх. Я посмотрела на нее так, словно это была змея, готовая нанести удар, но осталась стоять на месте.