Как всегда, ответа не последовало.
И я направилась на поиски фужеров.
Эпилог
Все
Три месяца спустя
— Но я не сумасшедшая!
Я выкрикнула это, и Зандер, лежавший рядом со мной на одеяле на снегу возле могилы Ксении, подпрыгнул на километр и издал придушенный крик.
Я только что рассказала ему одну из самых страшных историй Ксении — лучшую ее страшную историю , с небольшим добавлением от собственного лица.
Я понимала , что это странно: мы с племянником ночью в холодной темноте лежим на могиле сестры.
Но мне было все равно.
Я хотела , чтобы она была с нами, и это было максимум того, что мы оба могли получить.
В любом случае Зандер считал, что это здорово. Я слышала его разговор с друзьями, когда он считал, что я не слышу. И он сказал им, что я самая крутая тетя на свете, в первую очередь потому, что я сумасшедшая, и частью этого сумасшествия было то, что я отвезла его ночью на могилу его мамы. В се его друзья посчитали это совершенно странным и поэтому потрясающим.
После поминок Ксении мы с Хэмом часто виделись с Зандером и тетей Вилоной. Х одили к ним на ужин, они приезжали к нам. Зандер часто приезжал один — либо тетя привозила его, либо мы с Хэмом забирали его, чтобы он мог с нами пообщаться, посмотреть кино, сходить с нами в кинотеатр или что -то еще.
И мы дважды приглашали Зандера и его друзей на ночевку, и, как я уже говорила , его друзья считали меня крутой , потому что я была сумасшедшей. А Хэма они считали крутым, потому что он был большим и страшным, водил мотоцикл, работал в баре и излучал такую крутизну, что любой девятилетний мальчишка оценил бы ее по достоинству.
Мы с Зандером лежали на спине, и когда он закричал, я повернулась на бок и приподнялась на локте.
— Я сделала тебя , — констатировала я очевидное, улыбаясь ему во тьме.
— Да , — ответил он, упираясь предплечьями в одеяло позади себя, и я увидела его улыбку, освещенную лунным светом. — Это было здорово.
— Я всегда смогу застать тебя врасплох , — напомнила я ему.
— В один прекрасный момент ты не сможешь , — ответил он.
Я знала , что он прав. У меня закончатся истории, или он вырастет, и его будет не так легко напугать.
Но сейчас это было у нас. То, что Ксения подарила мне, рассказывая эти истории, я подарила ее сыну, потому что она сама не могла. И я благодарила Бога каждое воскресенье в церкви, таща туда себя и Хэма, даже если накануне мы отработали смену.
— Завтрашний день будет убийственным , — заявил Зандер, и я снова сосредоточилась на нем.
Он был прав. Завтрашний день будет убийственным.
Потому что завтра на небольшой церемонии в церкви, которую проведет пастор Уильямс, а затем на вечеринке в банкетном зале «Петуха» я выйду замуж за Хэма.
— Абсолютно , — согласилась я.
— Круто, что дядя Рис попросил меня быть шафером. Он меня едва знает.
Я согласилась. Это было круто.
Когда Хэм сказал мне, что собирается попросить об этом Зандера, мне пришлось сдерживать слезы. А потом я набросилась на него.
Думаю, Хэм сделал это, потому что Зандер ему очень нравится. А еще он сделал это для меня, чтобы частичка Ксении стояла рядом с нами.
Да, с каждым днем я все сильнее влюблялась в своего мужчину.
— Он постепенно узнает тебя, и то, что он уже знает, ему нравится , — поделилась я. — И ты много значишь для меня, поэтому думаю, что это очень круто, и мы оба рады, что ты согласился.
— Это потрясающе , — прошептал Зандер таким тоном, что я поняла: он определенно считает это потрясающим.
Достаточно сказать, что я была права в нашу первую встречу. Поскольку папа был единственным мужчиной в жизни Зандера, и его присутствия явно недоставало, да и когда он появлялся, то вел себя неподобающим образом, Зандер стремился получить от Хэма все, что только мог. И Хэм совсем не возражал. Каждый раз, когда они виделись, они становились все ближе и ближе.
Мне это нравилось, и еще больше мне нравилось, что тете Вилоне это тоже пришлось по душе. Все колебания, которые она могла испытывать по отношению к Хэму, исчезли в день поминовения Ксении. Но мы все становились ближе, и нетрудно было понять, что она испытывает облегчение и благодарность за то, что в жизни ее мальчика появился хороший мужчина. Наконец -то.
— Поскольку завтра мне нужно быть во всеоружии и вовремя явиться в церковь, нам, наверное, пора возвращаться , — сказала я ему, хотя, чтобы им не пришлось завтра ехать обратно, тетя Вилона и Зандер оставались сегодня у нас на ночь.
Тем не менее, я замерзла, было уже поздно, и мне хотелось поскорее согреть племянника и вернуться к своему мужчине.
— Хорошо, — пробормотал Зандер, поднимаясь на ноги.
Он помог мне поднять одеяло и стряхнуть с него снег. Затем я сложила его и спрятала под мышкой.
Мы начали двигаться к моей машине, но Зандер оглянулся, и я остановилась, когда он пробормотал: