» Любовные романы » » Читать онлайн
Страница 103 из 124 Настройки

Затем я посмотрела на Зандера, который подпрыгивал на своем месте, совершенно не обращая внимания на то, что пришла Труди с подносом, полным напитков и тарелок с тортом.

— Это было бы так круто! — воскликнул он.

— Я каждый день пробегаю по пять миль, Зандер. Сможешь выдержать такой темп? — спросил Хэм.

— Абсолютно , — ответил Зандер, а потом посмотрел на меня. — Ты собираешься бегать с нами?

Я очень хотел сказать «да ». Очень, очень хотела. Но еще я не хотела умереть от сердечного приступа, пытаясь бежать с Хэмом и Зандером, ведь я никогда в жизни не занималась бегом. Более того, я даже не могла вспомнить, когда в последний раз бегала.

— Я приготовлю протеиновые коктейли к вашему возвращению домой , — предложила я.

— Круто , — прошептал Зандер и , наконец , посмотрел на торт, который лежал перед ним.

И тут мое сердце едва не остановилось.

Потому что Труди с тарелкой торта подошла слишком близко к фотографии Ксении.

И рука Зандера метнулась в сторону, выхватывая фото , убирая его в безопасное место и прижимая лицом к своей груди.

Я опустила голову, уставилась на свои колени и глубоко вздохнула, когда глаза наполнились слезами.

Хэм обхватил рукой мою шею.

Я продолжала делать это до тех пор, пока не услышала, как Зандер сказал с набитым ртом:

— Очень вкусно!

Я подняла глаза и увидела, что его рот полон и становится еще полнее, так как он запихивает в него все больше кусков.

Фотография Ксении стояла на столике у стены, лицом наружу, вне опасности.

Я сглотнула, осторожно отстранилась от Хэма и взяла вилку.

Я откусила кусочек и посмотрела на тетю.

Она была сосредоточена на пироге, поэтому прошла минута, прежде чем она почувствовала мой взгляд, подняла голову и наши глаза встретились.

Я проглотила пирог и пробормотала:

— Спасибо.

Слезы блеснули в ее глазах, когда по ее лицу пробежало облегчение.

Затем она кивнула и опустила взгляд на пирог.

Хэм сжал мое бедро, а затем взял свою вилку.

Зандер посмотрел на меня и, все еще с набитым ртом, объявил:

— Я получаю одни пятерки по естественным наукам, но не радуйся, по английскому у меня тройки. Это сводило Нону с ума, но, в конце концов, она сказала, что пока я могу говорить на этом языке, мне не обязательно жить и дышать им, а ученые — это очень круто, так что я в порядке.

Я улыбнулась, пока он продолжал говорить, и испытала нечто очень странное.

Странным было не то, что я влюбилась в своего племянника. Я знала, что так будет.

Странным было то, что я влюбилась в свою тетю.

Такого я даже никогда не представляла.

*

Мы стояли на тротуаре возле «Марка », тетя Вилона и я — чуть поодаль от Зандера и Хэма, которые спустились посмотреть на его пикап.

Но мы были не слишком далеко, поскольку услышали крик Зандера:

— Какой огромный пикап!

Я смотрела , как Хэм улыбается ему, и у меня в животе появилось странное ощущение. Как будто порхали бабочки. И тут меня осенило: в тот момент я внутренне поняла, что Хэм будет хорошим отцом. А это значит, что он будет хорошим отцом для наших детей.

И хорошим дядей для моего племянника.

Удерживая это чувство рядом с теплом от того, что я разделила пирог со своим племянником, я повернулась к тете Вилоне и сделала то, что должна была сделать.

Я протянула руку, коснулась ее предплечья и замерла.

Она опустила взгляд на свою ладонь , которой касалась моей руки , посмотрела на меня и тоже замерла.

— Он спрашивает о своем отце? — поинтересовалась я, ожидая ответа, потому что Ксения сузила круг подозреваемых до двух парней. Только один из них все еще был в городе, но Зандер не был похож ни на того, ни на другого.

Она коротко кивнула.

— Начал спрашивать о родителях год или около того назад. Осторожно. Ксавьер не хотел, чтобы я что -то говорила, поэтому я обходила этот вопрос стороной, пока, конечно, после…

Она запнулась, и я кивнула , чтобы дать ей понять, что поняла.

— Я не знаю , кто его отец, тетя Вилона , — призналась я. — И Ксения тоже. Вернее, не знаю наверняка.

Она посмотрела на Зандера и пробормотала:

— У моей племянницы были свои демоны.

Я была благодарна, что она это поняла. В ближайшие годы, когда мы будем рассказывать Зандеру о его матери, это будет очень важно.

— Мне нужно понять, как отец относится к нему , — тихо сказала я.

— Ты знаешь своего отца , — ответила тетя , и мой взгляд устремился на тетю.

— Да, тетя Вилона, знаю, и мне нужно понять, как папа ведет себя с ним , — твердо повторила я.

Она выдержала мой взгляд и прошептала:

— Он его не обижает.

— Зандер кажется очень жизнерадостным , — заметила я. — За исключением тех случаев, когда говорит о папе. Тогда он выглядит растерянным.

— Твой отец — сложный человек , — сказала тетя Вилона. — Зандер — девятилетний мальчик. Он не понимает, что такое жесткость.

— Жестокость бывает разной , — ответила я. — Но, тем не менее, жестокость — есть жестокость.