— Ты за один день решила порвать с ним. И не была расстроена из —за этого. Вы встречались недолго. Ты больше беспокоилась о том, как работать с ним после того, как все закончится, чем о том, что ранишь его чувства или тебе придется лелеять свою собственную боль. Т ы не была уверена. И оказалась права в своей неуверенности. Ты собиралась покончить с ним. А я работаю над тем, чтобы для него закончились и другие вещи. Так что даже если бы я мог говорить, сказать тебе ничего другого не сумел бы. Если бы ты состояла с ним в серьезных отношениях, все было бы иначе. Но в тот первый вечер ты прямо заявила, как есть на самом деле. Через пятнадцать часов ты с ним рассталась. Т ы сделала за меня мою работу, поскольку с моими знаниями и отсутствием симпатии к этому парню, не будь он даже преступником, я бы намеревался заставить тебя порвать с ним. Так или иначе, все закончилось. Другими словами, детка, этот вопрос закрыт.
Она выдержала его взгляд, затем посмотрела на его свитер. Через несколько секунд она буквально рухнула на него. Г лубоко вжалась в него, прислонившись лбом к его груди, вдохнула с трудом, и его руки сжались.
— Эмми , — прошептал он.
— Он жутко себя вел, потому что именно такой он и есть, — сказала она ему в грудь, ее голова откинулась назад, и она зарыдала: — Тот мальчик застрелился, а Д эйн замешан в этом! И я спала с ним!
Деку было очень трудно говорить об этом парне, зная, что она была с Макфарландом , и была недавно.
Эмми удалось взять себя в руки, чтобы не сорваться окончательно , и он поднял руку к ее волосам. Проведя по ним пальцами, он прошептал:
— Ты чувствовала что-то , раз собиралась покончить с ним. Теперь все кончено, милая.
Она покачала головой, заикаясь:
— Я… я… — ее глаза вновь обратились к нему. — Это отвратительно, Джейкоб.
— Он симпатичный парень, Эмми. Многие женщины повелись бы. Он — козел. П реступник. Лжец. И сегодня я узнал , что он дерьмо в постели. Но все это не на твоей совести. Ты чувствовала это. И делала шаги, чтобы положить этому конец.
— Н е думаешь, что это говорит обо мне? — спросила она.
— Я не считаю , что тебя должно волновать, что думают люди , — ответил он.
— Мне все равно, что думают люди. Я спрашиваю, потому что мне не все равно на твое мнение.
Это так много значило для него, что он застыл на месте.
Эмми всегда держалась стороной. Ее внутренний круг был небольшим и тесным, и она не часто впускала в него людей.
Но даже если она впускала тебя, и была теплой и ласковой, как бы странно это ни было, она все равно каким-то образом оставалась отстраненной. Поэтому, не всегда, но иногда в общении с Эмми приходилось искать подсказки, указывающие на значимость твоих слов или поступков. И с тех пор как он сказал ей, куда собирается их направить , Дек искал. Она дала ему все необходимое , но он и сам должен был найти тому подтверждение.
За исключением тех случаев, когда она говорила, что скучает по нему, хочет перемен в их отношениях, только сейчас ею были сказаны слова о важности его мнения.
— Так что это говорит обо мне, по-твоему? — надавила Эмми , чувствуя, как напряглось его тело, а ее глаза наполнились беспокойством, которое она не скрывала.
Дек заставил себя расслабиться.
— Ты от него избавилась, и это меня устраивает , — ответил он и перешел к завершению разговора о Макфарланде , сказав с окончательностью: — Вот что я думаю.
Эмми некоторое время изучала его , прежде чем ее тело прижалось к нему , и она улыбнулась, на лице появилась ямочка.
Наконец -то , блядь.
— Теперь я могу съесть свой сэндвич? — поинтересовался он, ухмыляясь.
— Я видела калейдоскоп у твоей кровати , — прошептала она.
— Да , — прошептал он в ответ.
— Я видела его сейчас и в первую ночь в твоем доме.
— Да , — повторил он.
— Я не была мишенью.
В его глазах промелькнуло раздражение, и он предупреждающе сжал ее руку.
— Эмми , я же говорил тебе…
Она оборвала его:
— Просто я хочу извиниться, милый. Я должна была подумать об этом раньше и понять, что была не права. Я просто, — пожала она плечами, — получила плохие новости и отреагировала, а вернее , слетела с катушек. Мне жаль, что я доставила тебе неприятности и сорвалась на тебе. — Она наклонила голову, и ее глаза загорелись. — Хотя, может, не так уж и жаль , учитывая, чем все закончилось.
Он волновался несколько часов.
Только что он сделал девушку своей, подарил ей первый оргазм, и теперь у них все было хорошо.
Так что с разговором покончено.
Прежде чем он успел сказать ей об этом, Эмми приподнялась на носочках, прикоснулась к его губам , отстранилась и спросила:
— Так ты ешь майонез или как?
Дек секунду смотрел в ее теперь уже просто любопытные глаза, прежде чем разразиться хохотом.
Закончив, он увидел, что она улыбается, и коротко поцеловал ее, почувствовав аромат клубники в ее волосах, и ему это понравилось. Он отстранил Эмми от себя и взял майонез в ответ на ее вопрос.
После чего принялся за сэндвич.