— Не трогай меня, если не можешь его вернуть.
— Ты же знаешь, что не могу. — В его голосе слышится боль. Не сомневаюсь: будь у него такая возможность, он попытался бы вернуть Серена. Но это невозможно.
— Если бы ты просто позволил ему остаться, ничего бы этого не случилось! — кричит она на него.
Дрейвен кивает, принимая вину, которую она хочет на него возложить. Я снова смотрю на Серена. Глаза застилают новые слёзы. Наклонившись к его уху, шепчу:
— Спасибо за то, что служил мне и был моим другом. — Целую его в щёку и прощаюсь со своим другом и защитником.
Магнетта и Дрейвен уходят в дом. Через несколько минут она возвращается с одеялом. — Оно было его, когда он был маленьким. Я хранила его все эти годы. Правильно ведь будет похоронить его с ним?
— Думаю, ему бы понравилось, — говорю я, вытирая новые слёзы и поднимаясь на ноги.
Дрейвен наклоняется и берёт Серена на руки, а Магнетта укрывает его грудь одеялом. Оно слишком маленькое, но ей всё равно.
— Похороним его рядом с вашими родителями? — спрашивает Дрейвен.
Магнетта кивает, всхлипывая. Мы идём за Дрейвеном, который несёт тело Серена за дом и очень осторожно опускает его на землю. Он срывает с себя рубашку и стягивает брюки. Я отворачиваюсь, пока он обращается в волка, а когда смотрю снова, вижу, как он огромными лапами роет землю.
Он копает Серену могилу.
На дереве позади вырезаны два имени. Раньше я их не замечала. Магнетта подходит к стволу, выпускает коготь и добавляет имя Серена. Я пытаюсь сдержать слёзы, но то и дело вытираю глаза.
Вскоре Дрейвен снова принимает человеческий облик, одевается, поднимает Серена и осторожно несёт к могиле.
Мне кажется, что я вторгаюсь в слишком личный момент. Но в то же время уйти не могу.
Когда Дрейвен опускает его в землю, я склоняю голову и молча молюсь. Магнетта произносит несколько слов, а затем Дрейвен начинает засыпать могилу землёй.
Я отступаю, чтобы оставить её ненадолго одну.
Она разговаривает с братом и тоже засыпает его тело землёй. Когда могила полностью засыпана, Магнетта падает на колени.
— Я хочу побыть с ним одна.
Я понимающе киваю.
Дрейвен отступает, и мы идём к передней части дома, чтобы дать ей немного времени. Вдруг он останавливается и прислоняется к старому дому, закрыв глаза.
— Дрейвен.
Он открывает глаза и смотрит на меня.
— Теперь она никогда не будет со мной. Эта потеря… Она её сломает, — произносит он с отчаянием. — Тебе лучше уйти, ведьма. Я останусь с ней.
Я не хочу спорить, ведь он знает Магнетту лучше меня. Но и оставлять Серена не хочется.
Но моё присутствие будет постоянно напоминать Магнетте о том, кого она потеряла. А я и без того чувствую себя достаточно виноватой.
С тяжёлым сердцем поднимаю руку, чтобы открыть портал, но медлю. Кому я вообще теперь нужна? Домой вернуться не могу, потому что дома у меня больше нет. К ведьмам тоже нельзя: они не примут меня, даже если буду умолять. А вампиры, скорее всего, сейчас крушат всё, до чего могут добраться.
И тут я вспоминаю о нём.
Ройал.
Не раздумывая, открываю портал в мир Проклятого Короля и прохожу сквозь него. Проход закрывается за моей спиной.
Я оказываюсь в его комнате.
Забираюсь к нему в постель, подтягиваю колени к груди и плачу, пока не засыпаю.
Глава 47
Серафина

Мне ничего не снится. Ни туманных образов, ни отголосков голосов. Только глубокая, тихая пустота.
В голове ни единой мысли. Я погружена в редкий, хрупкий покой. Проснувшись, я сразу чувствую, что Ройал рядом. Поворачиваюсь к нему в темноте и вижу, что он спит. От одного его присутствия мне становится спокойнее.
Я даже не почувствовала, как он вошёл в комнату и лёг рядом. Словно уже привыкла к тому, что он возле меня. Не знаю, хорошо ли это, можно ли ему так доверять, но почти уверена в том, что мне суждено быть с этим мужчиной, хотя я пока не понимаю, какую цену придётся за это заплатить.
Моя пара.
Он лежит на спине, расслабленный, каким никогда не бывает во время бодрствования. Его грудь мерно поднимается и опускается, дыхание ровное и медленное. В темноте слышен лишь его тихий ритм. Короткие волосы растрёпаны, руки лежат по бокам ладонями вверх. Одна так близко, что я чувствую исходящее от неё тепло, хотя мы не соприкасаемся. Словно между нами застыло невысказанное обещание.
— Ройал, — шепчу я. Он моргает, открывая свои янтарные глаза, и смотрит на меня. — Мне так больно. — Слёзы ручьём текут по щекам, прежде чем я успеваю их сдержать. Он притягивает меня к себе, укладывает мою голову на широкую грудь и крепко обнимает.
— Что случилось? — спрашивает.
— Она у-убила е-его, — заикаюсь я. — Джессика. Она убила Серена. — На мгновение он напрягается, а потом начинает перебирать пальцами мои волосы.