— И это случилось только потому, что ты кинул товарищей, — опьяневшая Скарлетт не знала берегов. — Именно поэтому ты не стал нашим лидером. Сколько бы ты ни боролся с Раморо за это место, в тебе есть то, что никогда не позволит тебе занять эту позицию… — наклонившись ближе к Рами, Скарлетт понизила голос: — И эта черта — трусость.
Фраза прозвучала как пощечина. Рами вскочил. Бес с Сайласом тоже.
— Держи свою суку в узде! — злобно гаркнул Рами, за что моментально получил ответку в виде летящего в лицо кулака. Удар был до того мощным, что Рами отлетел в дверь санузла и сильно ударился головой.
Пэт взвизгнула и бросилась к нему.
— Вы что, придурки, творите?! — Пейдж обвиняюще посмотрела на Сайласа. — Сейчас сюда сбегутся дежурные!
— Не сбегутся. Бес всех подкупил, — бросил Сайлас, запуская пятерню в белую челку.
— Чем подкупил? — уточнила я, пытаясь смотреть на всех одновременно.
— Выпивкой, — Бес пожал плечами.
— Ты воруешь ее на кухонном складе?
— Да.
Я поджала губы. Значит, у него безлимитный доступ к алкоголю. Не зря мне казалось, что иногда я чувствую от него запах спиртного. Пить резко расхотелось. Я водрузила бутылку с ликером на стол.
Пэт что-то бормотала Рами, пока помогала ему в ванной смыть кровь, текущую из носа. Мы сидели в тишине, наблюдая за ними через дверной проем. Когда они вышли, Рами буркнул:
— Я пойду.
Мы кивнули.
— Я провожу тебя, — тоненько просипела Пэт.
— Не надо. Повеселись с друзьями.
Он так выделил это слово, что стало неловко. Рами быстро вышел.
Скарлетт переборщила в своей нападке. Можно было сказать эту информацию в более мягкой форме.
Краснеющая на глазах Пэт посмотрела на Скарлетт, сжимая маленькие кулаки.
— Ты не могла сдержаться, да? — неожиданно укорила она.
— Пэт, прости, но нет.
— Иногда ты бываешь такой грубой!
— Что есть, то есть, — Скарлетт только развела руками, задев меня локтем.
Пэт вылетела из палаты. Пейдж, тяжело вздохнув, пошла за ней.
Повисла тяжелая тишина.
— Думаю, тебе сегодня хватит, — под аккомпанемент недовольств я выхватила бутылку из рук Скарлетт. — Проводите ее в казарму?
— Конечно, — отозвался Сайлас. — Пойдем, зайка, — он поднялся, утягивая за собой вяло сопротивляющуюся Скарлетт.
Уже у порога я задержала Беса и жестами попросила его убедиться, что Сайлас уйдет в мужское крыло, а не воспользуется уязвимым положением подруги, на что получила красноречивый взгляд «а то я сам не догадался».
За ними закрылась дверь.
Стоило моей голове коснуться подушки, как я сразу же уснула, не успев осмыслить самое странное Рождество в моей жизни.
Глава 41
Когда я говорила Рами, что хотела бы увидеть его победу на Турнире, я совсем не подумала, что помимо этого придется наблюдать и свое — отнюдь не триумфальное — прохождение игры. Поэтому, когда экран на здании парламента показал мои жалкие попытки подраться с Райсом у финишной черты, я и вовсе отвела глаза. Только мое разъяренное лицо, покрытое гематомами, смотрело на меня с других, более мелких экранов на зданиях сбоку.
От позора было никуда не деться.
Моя рука потянулась ко лбу, где недавно багровел гигантский синяк. Рассеянно почесывая его, я размышляла о том, что всю жизнь боялась стать похожей на мать, и вот я во всей красе теряю человеческий облик, превращаясь в неадекватное животное перед всем Континентом.
Хотя народу вроде как нравилось. Толпа увлеченно смотрела на экран и шумно переговаривалась. Многие искали меня глазами среди рядов бойцов.
Мне же было невыносимо смотреть на себя. Представляю, каково было Надин. Хотя в ее письме, которое я получила в середине января, не было ни строчки о моем неадекватном поведении. Каждое слово оказалось пропитано поддержкой и любовью. Она написала, что гордится мной, несмотря на чуть не случившийся сердечный приступ из-за «моих выходок».
Врачи объяснили, что мой срыв произошел из-за иммуностимулятора и лихорадки — нервная система не справилась с резким выбросом гормонов. Но это все равно мало успокаивало.
Поразительно, что даже жгучий стыд не мог остановить мое нездоровое любопытство: глаза то и дело возвращались к экрану, привлекаемые моими яростными криками, поэтому я повернула голову и стала разглядывать бойцов в попытках побороть искушение смотреть на унижения моего тела Тенью.
Как назло, мой предательский взгляд даже в плотных рядах бойцов умудрился наткнуться на него.
Райс стоял с краю строя, слева от меня. Неподалеку от него находились законники. Они боялись стоять близко к Теневому, поэтому отступили от Райса на добрые тридцать футов, практически вжимаясь в сцену и периодически поворачивая шлемы в его сторону. Он же будто не замечал, что его сторонятся, как чумного. Видимо, привык за столько лет.