— М?
— Говорю, ты знаешь, как зовут парня Хельги?
— Маркус Райс.
Все. Точка невозврата пройдена.
— Но насколько я знаю, он не парень Хельги — это она думает, что они вместе, — спустя секунду добавил Рами.
Интересно.
— Что можешь сказать про него?
— Тебе зачем? — скосил глаза он.
— Хочу знать, кого Хельга потенциально может натравить на меня.
— Если это будет Райс, тебе в любом случае конец, — фыркнул Рами.
— Спасибо, что веришь в меня, — я вернула взгляд на Райса, который по-прежнему смотрел поверх наших голов, освещаемый холодным вечерним светом и, казалось, даже не моргал.
— Я серьезно. Он не просто так командир самого сильного отряда. Его не отправляют выполнять рядовые задачи вроде зачистки периметра. Никто точно не знает, чем он и его отряд занимаются. Но я слышал… Забей. Может, это просто сплетня. Про него много чего болтают.
— Теперь я еще больше хочу узнать.
Рами помялся, но совсем немного.
— Я слышал, что на одном из заданий он заживо содрал кожу с какого-то человека.
— За что?
— Это важно?
— Может, тот человек заслужил, — совершенно спокойным тоном предположила я и поймала на себе резкий, неожиданно напряженный взгляд Рами.
— Не знаю, за что. И я не уверен, что это правда.
— А что тогда правда? Я бы предпочла услышать что-то существенное, а не байки.
Рами снова на секунду задумался, будто пожалел, что вообще открыл рот.
— Существенное… — протянул он, понижая голос. — Ладно. Был случай пару лет назад. Прорыв периметра на южной окраине города, а там рядом школа. Детей эвакуировать не успели.
Я резко повернулась к нему.
— И?
— Туда отправили его отряд. Вернее, сначала отправили другой. Они не справились, — он на секунду замолчал, подбирая слова. — Когда Райс зашел внутрь, здание уже наполовину было в тварях. Говорят, он не ждал подкрепления. Заставил подчиненных перекрыть все выходы, а сам пошел по этажам.
— Один? — выдохнула я.
Рами кивнул, у меня пересохло во рту.
— Не знаю, как, но он спас всех детей. Пострадало всего несколько учителей, — продолжил Рами.
Я снова посмотрела на Райса. Он стоял, как и раньше: неподвижный, отстраненный, будто происходящее на арене его не касалось.
— А потом Райс нашел виновника, из-за которого и случился прорыв периметра…
Рами со страхом посмотрел на командира и тут же отвел взгляд.
— И?
— Все говорят разное, — он поморщился, — кто-то, что он четвертовал того патрульного, кто-то, что размозжил ему череп голыми руками.
— Ну и бред. В таком случае он бы сейчас собирал кукурузу в Санвейле, а не стоял здесь.
— Бред не бред, но с тех пор патрульные стали гораздо тщательнее выполнять свою работу.
Мой взгляд опять приковался к Райсу. Его внешность затягивала, словно гипноз. Хотелось одновременно отвести взгляд в сторону и смотреть бесконечно на его шрам, необычные глаза и темные прямые брови, сдвинутые к переносице.
— В общем, какую бы игру нам ни устроили, держись подальше от Райса. Он зверь в человеческой шкуре. Если против других Теневых у нас есть хоть шанс их одолеть, то с Райсом он нулевой.
— Внимание! — гаркнул генерал, и все бойцы тут же стихли, встав по стойке «смирно».
Трибуны смолкли. Дроны зависли над ареной, как хищные птицы.
— Приветствую вас на двадцатом, юбилейном Турнире Армори! — голос Кинга прокатился эхом по большому пространству из-за надетого на шее звукового усилителя.
Зрители принялись рукоплескать и топать ногами в такт ударам наших кулаков о бронежилеты.
Короткий взмах руки генерала погасил шум быстрее, чем ветер тушит свечу.
— Сегодня вам предстоит сыграть в игру под названием «Охотники и Жертвы» и раз и навсегда решить, кем вы хотите быть: слабой жертвой или охотником, который сам определяет правила игры.
По трибунам прокатилась волна одобрительного гула. Все бойцы стояли молча и неподвижно.
Мои челюсти сжались. Слово «жертва» больно кольнуло, будто Кинг произнес его лично для меня. Оно застряло в груди и тут же вызвало старую, болезненную реакцию: стать невидимой, сдаться, подчиниться, чтобы не было больно. В голове замелькали образы — запах алкоголя, мамино лицо, крик, удар, удар, еще удар. Бессилие. Я на секунду закрыла глаза и сделала глубокий вдох.
Нет. Я больше не хочу быть жертвой.
Мой взгляд сам собой нашел Маркуса Райса. Его глаза больше не смотрели сквозь. Он тщательно изучал ряды Тленных со звериным интересом, а мое сердце стучало все быстрее и быстрее не от страха. Теперь я ощущала предвкушение. Мне не нравилось это чувство, ведь я отчаянно желала, чтобы он меня заметил.
Это было неправильно.
Когда его глаза прошли мимо меня, разочарование на миг затопило с головой… а потом он резко вернул взгляд обратно. Наши глаза встретились.