Не успела я выхватить Кинжал Хаоса, как зверь настиг меня. Крик сорвался с моих губ, когда одна из острых лап прошлась по моей голени, разрывая плоть. Я рухнула на землю и Критак навис надо мной. Мои пальцы лихорадочно сомкнулись на рукояти кинжала. В панике я дернула его, мне удалось вытащить его из-за пояса и выставить между нами, лирстоун вспыхнул, когда пробудилась его магия.
У меня не было времени испугаться непредсказуемой природы силы кинжала. Щупальца Хаоса инстинктивно вырвались наружу, когда я с силой, рожденной чистым отчаянием, вонзила кинжал в голову зверя сбоку.
Чудовище попыталось вонзить в меня челюсти, и на меня дождем полилась его кислотная слюна, обжигая кожу. Я выдернула кинжал лишь для того, чтобы снова и снова бить им тварь по голове, прямо между глаз, с моих губ срывалось злобное рычание, пальцы были скользкими от темной крови Критака.
— Тебе не стоило, — удар, — убивать, — удар, — моих кур, — удар.
Так или иначе, но этого оказалось достаточно. Критак отпрянул назад с пронзительным визгом. Моя рука, сжимавшая кинжал, бессильно опустилась, из груди вырвался судорожный всхлип. Я лежала на земле, глядя в серо-голубое небо, по которому гнались друг за другом громадные облака. Я почти не заметила, как монстр тоже рухнул замертво, мое зрение застилали тени, а нога и все тело пульсировали от боли. А потом меня поглотило беспамятство.
ГЛАВА
ГЛАВА
47
ЗОЛОТЫЕ ДНИ ЛИРХЕЙМА
через 2400 лет после создания Арон-Лира
через 600 лет после сотворения Людей
Рада
Медленно. Я подалась вперед, грубый камень скалистого уступа, на котором я лежала, царапнул мою кожаную броню, в руке я крепко сжимала свой посох с лезвиями. Мое внимание полностью было приковано к тревожному зрелищу, разворачивающемуся передо мной, необузданная магия Ино-Мира сейчас была только тихим шепотом на задворках сознания. Уже некоторое время я выслеживала именно эту стаю Критаков, заинтригованная их необъяснимым поведением — они возвращались в Бездну снова и снова, просто без причины.
Казалось, они чего-то ждут, но чего именно…
Кто-то сильно схватил меня за ногу, неожиданно потянув вниз. Мои губы приоткрылись, крик уже зародился в горле, но теплая ладонь зажала мне рот и тот не успел вырваться наружу. Как только я почувствовала знакомый, манящий аромат, дикая паника, охватившая меня, почти мгновенно улеглась. Теневые щупальца перехватили искры Света, инстинктивно сорвавшиеся с моих пальцев, не позволяя выдать наше укрытие.
Когда крупная фигура прижала меня к камню, отрезая все пути к отступлению, все мое тело ожило с почти болезненной остротой. Хотя я не планировала сбегать. Я могла лишь смотреть на Белекороза снизу вверх; жесткие, красивые черты его лица купались в жутковатом свечении восходящей магии Хаоса. Мое сердце колотилось так, словно готово было вырваться из груди.
Шестьсот лет. Мне хотелось кричать. Мне хотелось разрыдаться.
Он убрал руку, коротко кивнув мне, и единственным звуком, слетевшим с моих губ, был только напряженный шепот его имени. Он навис надо мной с совершенно нечитаемым выражением лица. Я прикусила губу, не зная, что сказать теперь, когда он появился так внезапно. Арамаз отправился на север, чтобы примириться с ним, но я не ожидала, что он вернется так быстро, и тем более, что наша встреча произойдет вдали от зорких глаз всего королевства.
В его обсидиановом взгляде вспыхнуло пламя.
— Не смотри на меня так, — простонал Белекороз и в его голосе проскользнуло раздражение.
— Как «так»? — спросила я, нахмурившись.
Его рука скользнула к моему затылку, удерживая меня в плену, и от этого по моему телу пробежала инстинктивная дрожь. Его горящий взгляд переместился ниже, к моим губам.
— Так, будто хочешь, чтобы я забыл все те тысячи причин, по которым чертовски на тебя зол.
Он зол на меня? Но ведь это он был тем, кто ушел? Это он был тем, кто ни разу не связывался со мной целыми столетиями только из-за своей проклятой, упрямой гордости.
— Ты…
Возможности высказать ему все мое недовольство мне не представилось. Снизу донесся шквал тревожных щелкающих звуков, и мы оба снова прильнули к камню, теперь уже лежа рядом и не отрывая взгляда от Критаков.
— Что они делают? — пробормотала я, наблюдая, как паукообразные твари раскачиваются взад-вперед. Магия Хаоса выплескивалась из Бездны и скапливалась вокруг них.
— Это ты мне скажи, — проворчал Белекороз мне на ухо. — Это ты следила за ними, совершенно не заботясь о собственной безопасности. Что если бы один из них подкрался к тебе? Что если бы на тебя напали, а рядом не оказалось никого, кто мог бы помочь? Скажи спасибо, что я решил отправиться на твои поиски сразу после того, как вернулся в Лирхейм. Даже после того, как ты прислала мне это гребаное письмо.
В воздухе зашевелилась сила, вспышки пропитанных Хаосом молний в Бездне стали интенсивнее. Я попыталась прервать его, почувствовав, как по телу прокатилась волна внезапной тревоги.
— Белекороз…
— Безрассудная, глупая и совершенно…