Вопреки стильному фасаду, лестница оказалась так себе. То ли ею редко пользовались, то ли работу уборщиц не проверяли, то ли туда вообще мало кто заглядывал, но пробираться пришлось между плевками и окурками, пустыми бутылками и скомканными бумажками — почти как в единственном баре Сен-Саммерса после празднования Начала года.

Третий этаж встретил меня очередной стойкой администрации, но здесь уже дежурила девушка. Белый верх, чёрный низ, стянутые в тугой пучок волосы, так что, кажется, ей и моргать-то было тяжеловато. Строгая одежда компенсировалась ярким макияжем. Права была Саманта, в моде броскость. В моем представлении даже вульгарность, но я воспитана матушкой и старыми куртуазными романами начала века. По мне, ярко-алая помада не для офиса, но кто меня спрашивает…

— Чем могу помочь? — прощебетала девица, не теряя профессиональной любезности и улыбки, но не слишком при этом стараясь. Ей хватило одного взгляда, чтобы оценить мою поношенную одежду и старомодную шляпку, потому обращались со мной вежливо, но не как с перспективным клиентом.

— Я в машинописное бюро! — вспомнила я подсказку, выданную мне при входе. Про организации вроде этих я слышала. Все же быстро и без ошибок набирать текст на машинке не каждый умел, а уж когда речь заходила о договорах и прочих документах, где каждая буква важна, так их и вовсе можно было доверить только профессионалам. Тогда-то на помощь клеркам и приходили такие вот бюро, где быстрые пальцы машинисток набирали строчки в рекордные сроки.

— По какому вопросу? — на тон холоднее поинтересовалась она.

— По вопросу найма! — гордо выпрямилась я.

Девушка пожала плечами, снова окинув меня скептическим взглядом, но из-за стойки вышла и постучала в плотно закрытую дверь рядом.

— Мисс Вивиан? Тут одна пришла, говорит, наниматься…

— Это же замечательно! — донеслось из кабинета, и к нам выпорхнула средних лет женщина, туго затянутая в платье-футляр, настолько узкое в коленях, что удивительно, как она умудрялась передвигаться. — Нам всегда не хватает рабочих рук, тем более что Лили недавно уволилась. Жаль, конечно, что она предпочла карьере замужество, но таков ее личный выбор!

Выпалив все это, мисс Вивиан с любопытством уставилась на меня. Оглядела с ног до головы, отчего я окончательно почувствовала себя тем деревянным манекеном в витрине. Какая вам разница, люди, как я выгляжу? Зато я быстро печатаю и почти не ошибаюсь!

Последнее я произнесла вслух, не рассчитывая особо на работу.

— Да ну? В провинции начали учить детей писать? — скривилась девица из-за стойки.

— Иди работать, Доркас, — одернула ее начальница.

Администратор недовольно поджала губы, но покорно поплелась обратно на место. Мисс Вивиан повернулась ко мне и улыбнулась.

Немного хищно, или же мне показалось?

— Значит, деточка, ищешь работу в столице? — пропела она, подходя ближе. Я чуть было не попятилась. Несмотря на то, что женщина была даже стройнее моей матушки, казалось, что на меня надвигается поезд. — Ну, пойдем. Покажу тебе наше бюро.

Она резко развернулась на высоченных каблуках, продемонстрировав идеальную укладку-ракушку, и зацокала в сторону высоких дверей в конце холла. Оттуда доносилось едва уловимое гудение, словно за стеной висел улей. Коварно усмехнувшись, мисс Вивиан распахнула ближайшую створку и подтолкнула меня внутрь. Без посторонней помощи я бы, пожалуй, и порога не переступила, настолько меня оглушило. Чувства атаковало по всем фронтам. Здесь курили — не изредка покуривали, а смолили одну за другой, как паровозы — и не переставая стучали по клавишам машинки. Длинные ряды одинаково ссутуленных женщин с собранными в безликие пучки волосами, в идентичной одежде серовато-бежевого цвета казались бесконечными, теряясь в сизом дыму. Кажется, то были халаты, накинутые поверх повседневной одежды, но сил разглядывать работниц подробнее у меня не было. Все они уходили на то, чтобы не дать магии выплеснуться.

Никто даже не подумал оторваться от работы и взглянуть на посетителей, однообразный ритм не дрогнул.

Дз-з-зынь! И сотня катушек единовременно переехала на новую строку.

Тыр-тыр-тыр — снова застрекотали по клавишам сотни пальцев. Омерзительный звук вдалбливался в череп физически, так что я непроизвольно схватилась за голову.

Когда я печатала одна дома, барабанная дробь клавиш не оглушала настолько сильно, здесь же дробный ритм усиливало эхо полупустого помещения, умножая его в разы. Кровь запульсировала в висках, ушах, глазах, я с трудом удерживалась, чтобы не упасть на колени от боли.

— Ничего, все привыкают, — снисходительно фыркнула мисс Вивиан в ответ на мою гримасу. Весь ее вид кричал о пренебрежении к таким, как я — изнеженным и опустившимся на самое дно, неспособным заработать себе на кусок хлеба тяжёлым трудом, как все нормальные люди.

Я попятилась.

— Извините, мне кажется, я ошиблась этажом, — пробормотала едва слушающимся губами. Еще немного, и внутренний контроль даст сбой от боли, и тогда мигрень покажется детским лепетом и мне, и всем окружающим.