Я отметила про себя, что модистку назвали не лирой. Значит, неблагородного происхождения, но круг общения по долгу службы состоит из аристократов. Наверняка девушка окажется охочей до слухов и сплетен, и можно будет заочно познакомиться с местными дамами, а заодно разузнать о хозяйке разорванного платья.

К ужину я надела один из присланных нарядов и снова направилась к Реджинальду. 

Муж снова удивился моему появлению, словно успел позабыть о наличии жены. На лице его появилась растерянная улыбка. 

– Рад видеть тебя, Марейна, – сказал он.

А вот лакей оказался более догадливым, потому что второй прибор уже стоял на столе, просто Реджинальд его не заметил. 

К ужину подали больше овощей и даже десерт. И я поняла, что прислуга уже играет по новым правилам и учитывает интересы хозяйки.

И только управляющий поместьем все еще отсутствовал.

3.2

Реджинальд не шутил по поводу управления. После ужина мы вновь оказались в его кабинете.

– У меня скопилось некоторое количество денег, – начал муж. – В последнее время я почти ничего не тратил, а все время посвящал службе. Крупные траты первое время можешь согласовывать со мной. А на более мелкие расходы можешь взять денег у управляющего…

Что-то мне этот неведомый управляющий, как кость поперек горла. Еще не видела, а уже мешает.

– Кажется, он отсутствует в поместье, – напомнила я, – да и не хотелось бы мне на каждую булавку у него денег просить. Наверняка варт Герри очень занят сейчас чем-то важным, раз пропустил появление в замке супруги хозяина.

Реджинальд выдвинул ящик стола и достал оттуда пару мешочков с деньгами. 

Судя по весу, в каждом из них был годовой бюджет поместья моих родителей. Во рту пересохло от осознания того, что такая сумма может лежать не в сейфе, а в обычном ящике стола.

– Вы меня балуете, – произнесла я внезапно севшим голосом.

Лорд посмотрел на меня долгим, внимательным взглядом, будто ожидал совсем не такой реакции.

– Гардероб жены маршала будет сопоставим по стоимости с небольшим замком, – с улыбкой сказал он. – Если модистка тебя не устроит, сообщи мне, я попрошу, чтобы прислали ту, что шьет для императорской семьи. 

– Не стоит так тратиться, – смутилась я. – Мне бы не хотелось быть вам в тягость.

Реджинальд нахмурился.

– Ты тут ни причем. Это вопрос престижа императорской короны, – сказал лорд, – кто-то хотел, чтобы сразу после свадьбы разгорелся грандиозный скандал, последствия которого могли зайти очень далеко. Но я не для того потратил столько сил, чтобы наш хрупкий мир так легко сломался. 

Реджинальд говорил страшные вещи. Но еще ужаснее было то, о чем он умалчивал.

В волнении он поднялся с кресла и принялся ходить из стороны в сторону.

– Я не последний человек в Империи, – продолжал он раздраженно, – и кто-то решил оскорбить меня, а заодно и Императора драконов, когда сделал так, что моя жена в этот дом попала практически голой. 

Мне стало ужасно обидно, что такой благородный воин оказался таким мелочным.

– Мой род сильно обеднел в результате непрекращающихся войн. Несколько лет назад мы лишились всех земель из-за набега кочевников, – произнесла я, стараясь сохранять достоинство.

– К тебе нет никаких вопросов. Пойми, среди дракониц, которые уехали в ваше королевство, были девушки из не самых обеспеченных семей. Их собирала лично Императрица, одарив украшениями из личной сокровищницы. Но кто и почему подстроил так, что у тебя ничего не было? Выделил ли Бренор II деньги на обеспечение приданого? Если да, то куда они делись, и какова была цель: банальное обогащение или скандал?

Я опустила взгляд. Ситуация получалась не очень приятная.

Мог ли все деньги присвоить отчим? Едва ли. У него от такого богатства просто крышу бы снесло.

– Я обязательно выясню, кто строит козни и пытается расшатать такой  еще неустойчивый мир между нашими государствами. И надеюсь, что ты мне в этом поможешь, – сказал лорд со всей решительностью.

В знак согласия я кивнула. Выбора у меня все равно не было, а мужу лучше подчиниться.

– И обращайся ко мне на “ты”, пожалуйста, – смягчившись, произнес Реджинальд, – никто не должен заподозрить, что мы не так близки.

3.3

Кара Леботье оказалась довольно миловидной женщиной. Она была в том возрасте, когда еще нет признаков надвигающейся старости, но и очарование юности уже развеялось. Вздернутый носик, рыжие волосы, жизнерадостная улыбка. Наверняка, она нравилась мужчинам. Но в силу своего окружения, общалась она с представителями высшей знати, и не имела шанса найти среди них мужа.

Все это я разглядела, лишь только модистка вошла в мою скромную гостиную. 

– Прошу прощения за задержку, мой кучер по привычке подъехал к восточному крылу, – сказала она с ехидной улыбкой после дежурного поклона.

Я вздрогнула. 

Женщина замерла, ожидая моего ответа.