– Пф-ф! – Махнув крылом так, что большая деревянная ложка сама начала размешивать содержимое котла, кок вспорхнул на свою веревку. – Так, считай, с самого начала, когда ты картошку чистить начала. Р-р-ручки-то у тебя совсем не мужицкие. Да и капитан наш, увер-р-рен, неладное заподозрил. Но не выгонять же тебя среди вод-океанов.  

Тяжко вздохнув еще раз, я промолчала. В камбузе стоял аромат чуть сладковатой каши и мясной подливы. Рот мгновенно наполнился слюной.  

– На этот раз, наверное, все-таки выгонят, – протянула я печально. – Команде мое присутствие не понравилось.

– А ты чего ожидала? Что они тебе цветочки подар-р-рят? – рассмеялся Рич, но тут же сжалился надо мной: – Ладно тебе. Не переживай, они свыкнутся. На вот, лучше морковь мелким кубиком порежь.  

– Еще готовить что-то будем? – Вооружившись ножом, я взяла зависшую прямо в воздухе уже очищенную морковь.  

– Неа. Это тебе, чтобы занялась чем полезным, а не глупые мысли по бестолковой голове гоняла. Чего смотр-р-ришь? За работу давай, ишь, р-р-распустились...  

Мясная подлива была полностью готова где-то через полчаса. За это время жесткое мясо стало мягким и приятным на вкус, а сама подлива приобрела невероятный аромат от сухих трав, которые кок щедро добавил в котел.  

Наверх на палубу мы поднимались, как и всегда, вдвоем. Котлы парили в воздухе сами по себе чуть впереди, вместе с Ричем, а я несла стопку чистых тарелок.  

Собственно, именно поэтому повар услышал чужую ругань немного раньше меня. Я же поняла, что члены команды возмущаются, когда уже преодолела половину лестницы.  

Путь назад теперь смотрелся бы глупо.  

–  Все знают, что баба на корабле к беде! –  громко заявил кто-то из матросов.  

–  Та ше ви таки кажете? А толпа нечесаных увальней к счастью, ше ли? Вы ше, с мозгами поссорились? – возмущенно фыркнула Рози.  

Услышав голос свинки, я обрадовалась. О том, что на корабле “женщина к беде” я теперь не одна, как-то позабылось. Я вообще о многом забыла. Эти два дня с Арсом почти что один на один произвели на меня особое впечатление. Как сказала бы мама: “Вскружили голову”.  

–  И вообще, ви ше нарисовались? Если уж на то пошло, ми с дитем с вами ужо несколько дней, и ше? Не потонуло ваше корыто! Нивроку...  

Последнюю фразу я расслышала еле-еле, и то только потому, что мы с Ричем уже поднялись, а Рози сидела на жердочке прямо у входа в камбуз. Другие одно-единственное слово, означающее так много, не услышали вовсе.  

Особо недовольные пираты замолчали. То ли обдумывая сказанное морской свинкой, то ли потому, что увидели нас. В любом случае я выдохнула. Выслушивать их ругань не хотелось совершенно. Я просто не знала, как на нее правильно реагировать.  

Не драться же мне с ними, в конце-то концов? Это Рози за словом в карман не лезла и умела давать словесный отпор, а я с учителями совсем не тем занималась на уроках. Меня не готовили к интригам и тайнам королевского дворца. Мне сулили спокойное существование при любящем супруге в кругу детей, а потом и внуков.  

О Древние! Словно у меня за плечами осталась другая жизнь, или будто я наконец проснулась после долгого сна. Моя реальность сейчас была совершенно иной.  

– Зато теперь нам не обязательно до следующей стоянки терпеть, – неприятно рассмеялся матрос, чье лицо от уха до левой брови пересекал глубокий шрам.  

Чужие грязные слова разрезали только обретенную тишину, вырывая меня из размышлений. Тарелка громко звякнула о тарелку, а я почти до боли стиснула зубы, ощутив неизведанную доселе злость.  

Пират явно намекал на публичный дом госпожи Пожари. Совсем недавно его посещали некоторые члены команды, судя по тому, что я слышала перед тем, как уйти в город вместе с Арсом.  

Жгучее желание перевернуть на наглеца тарелку с кашей и мясной подливой появилось мгновенно. Останавливало лишь то, что после такой выходки я сама, скорее всего, в наказание обойдусь без ужина. Да и потраченных сил и продуктов, честно говоря, было жалко.  

Не стоил этот мерзавец моих нервов.  

– Рты свои позакрывали и живо за работу, пока без ужина не остались, – тихо, но при этом как-то пронзительно произнес непонятно откуда взявшийся капитан.  

– Так ужин же вот уже, – недоуменно проговорил отличившийся матрос.  

Властный голос капитана словно обнял меня со спины:  

– Ты сегодня ужинаешь в последнюю очередь.  

Хотелось улыбаться. Улыбка против воли змеей скользнула на мои губы. Я была невероятно благодарна Арсу за то, что он заступился за меня и приструнил матросов, пусть и не сделал им замечаний в открытую. Самое главное, что цель была достигнута и они осознали, за что расплатились горячим ужином.  

Те, кто ел последними, всегда получали пищу едва теплой. И это не я так придумала. Это капитан так наказывал нерадивых пиратов. Даже у них имелись определенные правила, нарушать которые не позволялось никому.  

– Ну и чего застыла над тарелкой как изваяние? – поторопил меня кок. – Давай быстрее. Всем жрать уже охота.