— Смотри, — повторила я слегка осипшим голосом. — Вдоль левой стены тянется бороздка — это наша дорога. Вон там…

Я указала пальцем в середину коридора.

— Там должна начинаться вторая бороздка. Как на рисунке. Надо будет перескочить на нее. Веела, ты меня слышишь?

— Так просто? — удивился Ронан. — Легче легкого.

— Когда знаешь — просто, — сказала я, не стала добавлять, что мы могли не заметить подсказки, не обратить на нее внимания, не разглядеть борозды на полу.

— А если сойдем с дороги? — пискнула Фиалка.

Я покачала головой, но подумала, что мой жест может быть незаметен в полумраке, и добавила вслух:

— Я не знаю. Но лучше не сходить. Я пойду первой. Я легкая и быстрая. Если что-то случится… Вы увидите и попробуете меня вытащить.

«Или хотя бы останетесь в живых», — мысленно добавила я.

Я встала у края бороздки и осмотрелась. Стены тонули в сумраке, но, насколько я могла судить, в них не было отверстий, из которых в любой момент вылетят стрелы, или щелей, откуда на головы незадачливых путников обрушатся топоры и секиры. Просто коридор. Просто дорога.

— Ладно… — пробормотала я.

Я пошла по едва заметной бороздке, выдолбленной в каменной полу, будто канатоходец по канату: раскинула руки в стороны и старалась не заступать за край. За мной, пыхтя и отдуваясь, шагал Ронан, ему тяжело было удерживать равновесие.

— Веела, ты идешь? — крикнула я, не оборачиваясь.

— Иду!

Я прошла треть пути и, как и ожидала, увидела вторую бороздку, отстоящую от первой почти на метр. Не критично — можно перепрыгнуть. Главное — постараться попасть ровно на линию.

— Внимание! Впереди вторая дорога, — громко позвала я. — Я сейчас перескочу на нее, отойду на несколько шагов, тогда прыгает Ронан, потом Веела.

Не зря отец гонял меня на тренировках почти наравне с рекрутами-новичками. Честно сказать, от природы я слабая, да еще и тонкая, как тростинка. Никудышный воин, чего греха таить. Но с тех пор, как мне исполнилось десять лет, еще до того, как Ищущий обнаружил во мне дар, отец утром и вечером, невзирая на погоду и мои писки, выгонял меня на полигон. Сейчас я понимала, что синяки, ссадины, ноющие суставы и сбитые костяшки пальцев — ничтожная плата за то, чтобы остаться в живых.

На тренировках я перепрыгивала со столба на столб. Падала в жидкую грязь, вымешенную сотнями сапог, поднималась, карабкалась вверх и прыгала снова.

С линии на линию я перескочила без труда. Прошла вперед, дожидаясь свою команду. Ронан грузно перемахнул с борозды на борозду — его выручил высокий рост и длинные ноги. Веела долго примерялась, раскачивалась то вперед, то назад и с каждой секундой трусила все сильнее.

— Прыгай немедленно! — приказала я.

— Прыгай давай! — «помог» Ронан. — А то уйдем и оставим тебя здесь одну!

Веела взвизгнула и прыгнула. Слишком слабо. Слишком недалеко. Это было заметно сразу. Она приземлилась сначала на ноги, потом, пошатнувшись, упала на колени и уперлась ладонями в гладкий пол.

Пару мгновений ничего не происходило.

«Пронесло? Это ловушка-обманка?» Папа говорил, что бывают и такие: заставляют включать мозги, но не опасны.

Нет, не пронесло. Раздался тяжелый гул, как тогда, когда с гор сходит лавина. Гарнизон, в котором я росла, окружали горы. Зимой частенько можно было услышать этот грозный гул после того, как стихийники направляли лавины в безопасное русло.

Пол рушился! Коридор, по которому мы только что шли, обваливался вниз со все нарастающей скоростью.

— К стене! — крикнула я.

Если я не ошиблась — а я отчаянно надеялась, что права, — у стены должен остаться узкий выступ. Одаренным обязаны предоставить еще один шанс!

Веела возилась на полу, путаясь в длинном платье, всхлипывала. Даже если я захочу — я не успею до нее добежать и оттащить к стене. Бедная Фиалка.

Я прижалась к каменной кладке спиной. Надо отвернуться. Зачем мне помнить последнее мгновение жизни хрупкой и невезучей девушки? Если бы не проклятый дар в ее крови, Веелу ждала бы совсем иная судьба. Сразу было ясно, что она не жилец. Я не удивлена.

А вот Ронан удивил! Он в один шаг оказался рядом с Веелой, схватил ее огромной ручищей за воротник и вздернул на ноги. Отшвырнул в мою сторону, и тут уже я обхватила ее за талию, прижала к себе и к стене. Сын рыбака попятился от выскальзывающих из-под его ног камней. Успел!

Миг — и грохот стих. Мы стояли на карнизе шириной в две ступни Ронана, распластавшись по стене, прижавшись к ней изо всех сил. Внизу у наших ног чернела пропасть, казавшаяся бездонной.

Ронан хрипло дышал, Веела шепотом молилась Всеблагому. Я думала.

В лабиринте проверяют нашу физическую силу и нашу смекалку. Нас разделили с Нелвином, чтобы усложнить задачу, и попытаются снова разделить. Сколько же здесь ловушек? Останься Веела одна, далеко бы она не ушла.

К счастью, нам дают подсказки, значит, надо не хлопать ушами, а ловить каждый знак.