– Но теперь, оказавшись в чужом теле, осознала, как сильно сдерживались мои дочки, – доверчиво сообщила магистру. – Должно быть, я казалась им безногом калекой, которая пыталась кого-то учить ходить.

Губы задрожали, и я опустила голову, чтобы никто не увидел моих слёз:

– Как глупо…

– Не расстраивайтесь, – мягко попросил магистр. – На самом деле, вы необыкновенная женщина. Несмотря на то, что в ваш потенциал никто не верил, за полгода вы освоили бытовую магию на хорошем для людей уровне.

– Откуда вы знаете? – удивилась я, и Фирран прикусил нижнюю губу. Я же догадалась: – Мои девочки похвастались? На самом деле, когда я только начала обучение, они радовались, как и я. Но потом постепенно перестали интересоваться моими успехами. Уверена, они разочаровались в своей матери.

– Это всё дурное влияние госпожи Ноар, – назидательно проговорил магистр и осторожно потянул меня к выходу. – Поехали.

– Куда? – насторожилась я.

– К вашей мачехе, – Фирран дёрнул уголком губ. – Вам не стоит оставлять дочерей в обществе чёрной вдовы. Как только Дайна убедится, что победила, церемониться с девушками не станет.

– А как же моё тело? – растерлась я.

– Не волнуйтесь, – магистр сделал пасс рукой и, выпустив сверкающий магический хлыст, захватил им каменную крышку и накрыл гроб, – оно в безопасности.

Мне многое хотелось спросить. Например, смогу ли я вернуться обратно. И появится ли метка снова в этом случае. Но слова Фиррана напугали меня, и я поспешила за мужчиной вверх по лестнице. Всё это потом, а сначала я спасу своих детей!

– Что я должна буду сделать, чтобы собрать доказательства? – поинтересовалась, забираясь внутрь повозки.

Если возница и удивился, что генерал вошёл в склеп с дамой в возрасте, а вернулся с молодой девушкой, то вида не подал. Повозка двинулась, мягко покачиваясь, а магистр подался ко мне:

– Эленари, вы… Нет. Слушайте внимательно, Сирини!

Глава 10

Меня трясло тем сильнее, чем ближе мы подъезжали к дому Седри. У ворот возница остановился и, спрыгнув на тротуар, дёрнул за верёвочку, привязанную к старинному латунному колокольчику.

В доме сейчас, наверное, сработали магические оповещатели, и пусть я не слышала их отсюда, привычный звук прозвенел в моей голове. Вязко текли минуты, а моё сердце билось всё чаще. На руку, пальцами которой я стиснула ткань длинной юбки, легла тёплая ладонь магистра.

Вздрогнув, вопросительно посмотрела на мужчину.

– Когда адепты слишком волнуются на экзамене, – успокаивающе начал он и поднял другую руку, развернув ладонью вверх на уровне груди, – я говорю им сделать так.

Медленно выдохнул, поворачивая ладонь вниз и одновременно опуская руку на уровень живота. Вроде ничего особенного, а вдруг захотелось сделать так же. Высвободившись, я старательно повторила за Фирраном все движения, ощущая, как внутри меня всё меняется.

Магические потоки стали прохладными, как летний дождь, и, омывая изнутри, унесли излишнее волнение. Осталась лишь лёгкая тревога, но с ней было легко справиться. Я села с прямой спиной и растерянно заморгала.

– Что такое? – заинтересовался магистр.

– Невероятно! – прошептала, с восторгом глядя на мужчину. – А я не понимала, когда муж говорил, что я волнуюсь об экзаменах детей больше них самих! Оказалось, это правда. Но не пойму, как это работает?

– При необходимости любые чувства можно приглушить, – назидательно проговорил Фирран. – Но стоит помнить о равновесии и запланировать день, когда вы их полностью прочувствуете, чтобы отложенные эмоции не вырвались из-под контроля в самый неожиданный момент…

Он оборвал себя на полуслове и виновато улыбнулся:

– Простите, Нари. Я преподаватель, и это порой кажется проклятием.

– Всё хорошо, – мягко ответила я. – Перед вами молодая девушка, нетрудно поддаться желанию…

Теперь осеклась уже я, осознав, как двусмысленно прозвучали слова. Улыбка магистра растаяла, и даже показалось, что его глаза потемнели. Я поспешно поправилась, невольно повысив тон:

– Нетрудно поддаться желанию научить меня уму-разуму! – а потом отвернулась, глядя на ворота. – Почему никто не торопится открывать? Чем заняты слуги?

И тут раздался щелчок, но открылись не ворота, а калитка. У меня от удивления брови на лоб поползли. Андиан никогда не держал гостей за воротами. Наша конюшня достаточно просторная, чтобы разместить шесть больших экипажей.

– Похоже, нам придётся пройтись пешком, – подытожил магистр и постучал в стенку.

Возница поспешил спуститься и открыть дверцу. Фирран вышел первым и подал мне руку. Придерживая подол платья, я оперлась на ладонь мужчины и осторожно спустилась. Чужое тело было сродни новому наряду неудобного фасона или не разношенной обуви.

Вроде всё то же самое, как было у меня: две руки, две ноги, голова на плечах. Но в то же время было как-то странно и неловко. Это чувствовалось в каждом движении и даже в дыхании. Направляясь к калитке, я шепнула магистру: