А. Гори оно огнем! Мне нужно точно понять, что я видела, докопаться до сути. Если существует хоть крошечная связь между клыкастыми уродцами, которые выманили из клуба Барбару и такими же жуткими зубастыми кошмарами-воспоминаниями о гибели моих родителей, то я точно дойду до конца!

В аудитории университетского клуба собралось несколько десятков человек. Причем выглядела компания настолько разношерстно, что я невольно вспомнила слова Джонсона про «экспериментальный набор».

Очкастые худенькие ботаники сидели бок о бок с широкоплечими спортсменами, дорого одетые лощеные мальчики-чьи-то-сыновья брезгливо рассматривали соседей в старых футболках.

Но больше всего любопытствующего внимания досталось мне – единственной присутствующей здесь девушке, скромно севшей за крайний стол у окна. Слава богу, обсуждали парни не то, что я тут делаю, а почему одна. Каждый из них точно знал пару знакомых девчонок, отлично подходящих всем требованиям отбора.

Больше всего меня нервировало даже не это. В числе последних кандидатов к группе присоединился… Пэйтон Гордон. И сейчас он сверлил меня тяжелым взглядом в затылок. Пару раз он порывался встать и подойти ближе, но офицер Джонсон каждый раз резко прерывал его попытки.

- Внимание!

Джонсон стоял у доски, к нему присоединились два парня, что выглядели как переодетые военные.

Я говорила, что Пэйтон здоровяк? Что у него широкие плечи и рельефная мускулатура?

Пф-ф-ф.

Один из молодых людей, с глубоко посаженными глазами и грубоватым лицом, был шире настолько, что смело мог соревноваться с молодым Шварценеггером. Парень словно родился в тренажерном зале... но при всей своей впечатляющей массе - двигался необыкновенно легко.

Второй был с резкими, острыми чертами, орлиным носом и темными волосами. В отличие от квадратного здоровяка он практически не интересовался присутствующими и лениво смотрел по-верх голов, думая о чем-то своем.

- Уважаемые, вы все – мастера компьютерных баталий…

В этом месте я вздрогнула. Угу, я великий гуру небесного уровня, божественно опытный игрок в косынку и шарики. Но если струшу и откажусь участвовать, до конца своей жизни буду мучаться сомнениями и кошмарами, но так и не узнаю правды. Или жуткий типчик, сообщивший Барбаре, что еще вернется и отомстит, застанет меня врасплох и сделает что-нибудь, что точно мне не понравится.

- …Но такого полного погружения в реализм вы еще не видели. Все будет очень натурально, полное 7D ощущение, - продолжил офицер. – Ваши действия в самой игре будет оценивать мой коллега, куратор Шай-Гирим, которого вы скоро увидите. В трудных ситуациях на выручку вам придут два опытных игрока, уже прошедших все тесты и поступившие к нам на программу. К ним можно обращаться по никам: Аль-Парам и Люций.

И он показал на сопровождавших его парней.

Брюнет даже не кивнул, продолжая стоять в расслабленной позе, зато громила Люций продемонстрировал кандидатам в программу широкий оскал вплоть до зубов мудрости, а лично мне подмигнул.

- Убитые и проигравшие выходят из игры. В задании, которое вам предстоит сделать, будет оцениваться то, как вы реагируете на необычные ситуации, так как группа, которую мы формируем - тоже необычная. Остальное вам расскажут на месте. Слушай мою команду… Надеть шлем!

Перед каждым из нас на столах располагались блестящие огромные шлемы, напоминавшие мотоциклетные. Я с опаской протянула руки, подняла черную махину, за которой тянулись многочисленные провода, и медленно надела странное сооружение на голову.

- Интересно, как ты попала на отбор? – затылка коснулись чьи-то пальцы.

Темноволосый парень с хищным лицом, которого представили Аль-Парамом, ловко стянул с моего хвоста волос резинку и распределил пряди по плечам. После этого проверил, насколько туго сел шлем, щелкнул холодным замком под подбородком и мазнул рядом с лицом широкой ладонью:

- Не благодари, сладкая.

И наступило темное забытье.

Глава 3. Стартовая поляна и неожиданная встреча

- Сиятельный, ты не прав.

- Правила есть правила. Другие команды появлялись именно так, почему для твоего экспериментального набора - этих творческих слабаков, я должен делать исключение?

Первого говорящего я узнала сразу. Мастер Джонсон отличался бурчащим тембром и глухой хрипотцой, свойственной многим военным. Поди-ка наорись на плацу, за год все нежные обертона истают как снег по весне.

Второй голос тоже звучал знакомо, низкими рычащими переливами.

С трудом разлепив глаза, я уставилась на зеленую травинку перед носом. Так, значит лежу на животе.

- Ради единственной девушки мы обязаны сделать исключение, - напористо продолжал Джонсон. – Представь, каково ей проснуться среди оравы мужчин? А как среагируют твои кадеты, когда увидят хорошенькую даму в таком виде? Ты представляешь, как среагируют оборотни, у них же сейчас самое начало гона!