На блокнот я копила три месяца, и приобрела его в той самой красивой лавке, когда с неба посыпался первый снег. Обувь зимнюю я себе так и не купила, но честно сказать, я и не собиралась выходить из дома надолго. Мне вполне хватало активных тренировок с ведром в помещении. 

Теперь я чувствовала себя настоящей подпольщицей. 

В пятой книге наконец-то появились практические задания, и каждую минуту, намывая полы, я тренировалась то в концентрации энергии, то в визуализации заклинаний. 

Правда, ничего не выходило. 

Глава 5

Я не отчаивалась. 

Ведь в «Теории магии», первом томе, прямо говорилось: дар подобен мышцам в теле. Если его неустанно тренировать, то он развивается, а если игнорировать — зачахнет. 

И раз книги посчитали, что во мне есть искры чего-то воздушного — кто я такая, чтобы спорить?

К тому же, регулярные занятия умственным трудом помогали мне не сойти с ума. 

Прошло уже полгода, как я попала сюда. 

Тоска по родным, оставшимся по ту сторону, то ослабевала, то накатывала с новой силой. Хорошо, конечно, что родители не останутся одни — старшая сестра и брат о них позаботятся. Но утрата младшей дочери, должно быть, сильно по всем ним ударила. 

Вот бы подать весточку, самую маленькую… да записку хоть передать, что я жива и в порядке! 

В частности, потому я так яростно штудировала учебники. Надеялась отыскать там сведения о других мирах, а если уж не найду в тех томах, что пылились на чердаке — набраться побольше знаний, отполировать языковые навыки и двинуть в столицу. Там наверняка есть более обширные библиотеки. 

Если они, конечно, вообще сохранились, учитывая как тут обращаются со старыми книгами. 

Но задумываться о самом худшем варианте я себе не позволяла. 

Если ничего не обнаружится в столице, ничего страшного! Поедем по деревням. Обычно как раз в глухомани старушки хранят древние манускрипты, доставшиеся от прабабушек. 

Однако для всех этих грандиозных планов мне нужны были деньги, сведения о мире и навыки выживания в местном социуме. Которых — всех трех пунктов — на данный момент было чуть больше, чем ноль. 

Теперь, когда речь я понимала чуть лучше, процесс мытья полов стал строго разграничен по времени и местоположению. 

По утрам я намывала коридоры рядом с теми классами, где занимались средние группы. Вышивка и пение меня интересовали мало, а вот домоводство оказалось на удивление продуктивным. Актуальные цены на продукты, способы найма персонала, на что обращать внимание — и соответственно, что именно должна продемонстрировать, скажем, горничная, чтобы ее наняли. Мало ли в каком качестве мне придется подаваться в столицу. Деньги, они имеют свойство заканчиваться. А девочка на побегушках — это все-таки не поломойка. 

Колени у меня уже сдавали, несмотря на то, что я наматывала полосы ткани в качестве импровизированных бинтов. Руки тоже постепенно теряли былую гибкость. Швабра спасала далеко не всегда, и тряпку все равно периодически приходилось отжимать вручную. Кожа на ладонях трескалась, масло уже не помогало. Я отчетливо понимала, что еще немного — и повреждения перейдут в разряд хронических, и тогда о любых фокусах, связанных с ловкостью пальцев, придется забыть. 

По вечерам, закрывшись в комнате, я иногда вспоминала простейшие трюки, но сама замечала, что получаются они все хуже. Сказывалось отсутствие практики и тяжелый ежедневный труд. 

Нужно было как-то выбираться из этой рутины, но как? В голову ничего не шло. Проситься, чтобы меня перевели на другие работы, рискованно. Я сама у себя слышала акцент, другие точно его уловят запросто, и начнут задавать неудобные вопросы.

Да и какие другие работы могут предложить туповатой дурочке? В курятник я не хочу, мыть полы в других флигелях — не велика разница, где именно. Все остальные должности — нужно либо соображать, либо разговаривать. А желательно и то, и другое. 

Сама себя загнала в ловушку тщательно создаваемой репутацией. Не хотела привлекать внимания, а в итоге превратилась в тень, никем не замечаемую и никому не нужную. Разве что если я вдруг не выйду на работу и перестану намывать до блеска центральный корпус, это заметят точно и тут же меня выгонят. 

Несколько не тот результат, на который я рассчитываю. 

Неудивительно, что на фоне моих раздумий и насущных проблем первое заклинание, которое у меня получилось — «воздушные перчатки». Тонкая прослойка воздуха между моей кожей и жесткой тканью, настолько тонкая, что я не сразу заметила эффект. Лишь когда тряпка влажно шлепнулась на пол, а я уставилась на абсолютно сухие руки, до меня дошло. 

— Получилось! — прошептала я едва слышно. На местном наречии. 

Очень хотелось похвастаться, но некому было. Так что я вечером тихо, едва слышным шепотом, чувствуя как крыша едет от одиночества, поведала о достижении учебнику. И тут же принялась разучивать новое заклинание — левитации. 

Если верить той же «Теории магии», у магов воздуха она всегда получается лучше, чем у прочих.